Нам вирус не мешает учить бухгалтеров!
„Кардис“ выпустил первую группу слушателей дистанционных бухгалтерских курсов. 100%-ная безопасность при сохранении всех возможностей общения с лекторами и овладения материалом. Всю необходимую техническую помощь для удалённой учёбы „Кардис“ также обеспечивает. Идёт набор новой группы. Обучение может вестись с поддержкой Кассы помощи безработным. Учиться можно не только таллинцам, но и жителям Северо-Востока. Язык обучения — русский.
См. подробно о бухгалтерских курсах
Приглашаем к участию
в ближайших семинарах:
21.01
четверг
10:00—14:00 Окончательный расчет при прекращение трудовых отношений — все возможные расчеты
ведёт Елена Коростелёва
25.01
понедельник
10:00—12:00 Налогообложение пенсии 2 и 3-й ступени — сегодня и завтра
ведёт Татьяна Клеттенберг
27.01
среда
10:00—14:00 Резидентство и иностранная рабочая сила из стран, не входящих в ЕС и входящих в ЕС. Новые положения законодательства, касающиеся выплат иностранным работникам в Эстонии
ведёт Елена Коростелёва
28.01
четверг
11:00—15:15 Полный курс особенностей эстонского учёта
ведёт Вадим Латута
Хотите стать бухгалтером? Обращайтесь в „Кардис“! Бухгалтерские курсы по 80-часовой программе Курсы бухгалтеров
„Кардис“ проводит курсы начинающих бухгалтеров по вечерам, курсы повышения квалификации бухгалтеров — утренние и вечерние, отдельные семинары по бухучету и налогообложению.

Мы являемся официальным партнером по карте обучения Эстонской Кассы по безработице. Мы постоянно аттестованы Министерством образования и науки, и наши слушатели гарантированно получают возврат подоходного налога (20 %) от стоимости обучения, при условии заполнения налоговой декларации (если они сами оплачивают обучение, а не учатся от кассы безработных или от своей фирмы).
Новости

План клубных встреч на январь 2021 года. Онлайн (ZOOM)


Пишет Тимур Скоряк 2021-01-11

Клуб бухгалтеров «Кардис» День и время встреч бухгалтерского клуба с 1993 года: вторники, 16:00.
Традиция не отменяется и во время эпидемии!

Первый клуб месяца.
12 января, с 16:00 до 17:00 — встреча с Татьяной Клеттенберг, гл. специалистом НТД, „хозяйкой“ декларации TSD.
Тема встречи: новости налогообложения 2021 года, новости в декларации.
— особый порядок с 01.01.2021 налогообложения моряков (даже если никаких моряков у вас нет, надо понимать, что это за новые строки в декларации);
— резиденство работников, основные ошибки и массовое представления неверных данных о резидентстве (это к тому, что сейчас ещё можно ошибочные данные на декларациях TSD исправить);
— небольшие изменения в налогообложении зарплаты иностранцев в Эстонии с 01.01.2021;
— изменения в регистре работы (отцовский отпуск и т. п), выплата больничных;
Скоро подача декларации FIDEK 20 — затронем проблемы, связанные с декларацией физлиц. Это налогообложение услуг, оказываемых через платформу. Здесь же налогообложение таксоперевозок. И различные доп. заработки физлиц (что такое предпринимательство, а что такое случайный доход).

Второй клуб месяца.
19 января, с 16:00 до 16:45 — встреча с Алефтиной Трипольской, консультантом НТД.
Тема встречи: налоговые новости 2021 года.
— новости НСО, социального и подоходного налогов.
— трактовки НТД налогового поведения предпринимателей Эстонии, разбор случаев.
— ответы на вопросы.

Третий клуб месяца.
26 января, с 16:00 до 17:00 — встреча с Еленой Коростелевой, налоговым юристом консультационного центра Кардис.
Тема встречи: Lisa 7 TSD, чужая прибыль в нашем распределении.
— за рубежом уплачен под. налог с прибыли; зарубежное предприятие выплатило нам дивиденды; другое предприятие из Эстонии выплатило нам дивиденды, применив льготную ставку налогообложения.
Как декларировать распределение прибыли за счет средств, уже ранее обложенных за рубежом или у другого лица? Как применяется при таком распределении и применяется ли льготная ставка налогообложения, как это декларируется?


Читать полностью...



С Новым годом!


Пишет Инфослужба Клуба бухгалтеров 2020-12-31


Читать полностью...



Напополам


Пишет Владимир Вайнгорт 2020-12-23

Суперактуальна и пока ещё неисчерпаема тема „домашний офис в налоговом пространстве“. Актуальность её понятна: чем дальше, тем больше людей будут работать не дальше, чем в нескольких метрах от собственной спальни. Кто в форме фрилансера — то есть, автономизируясь в правовом смысле (создав коммерческое товарищество в одном лице либо зарегистрировавшись ПФЛ), а кто — оставаясь наёмным работником с удалённым местом выполнения предусмотренных трудовым договором функций и обязанностей.

В любом случае результативное „надомничество“ возможно только при создании условий для такого труда, что в свою очередь, требует дополнительных расходов. Самых разных, в зависимости от характера работы и состояния жилища. И сразу же возникают налоговые риски, поскольку немедленно появляется опасность отнесения понесённых затрат к разряду специальных льгот.

Как сказано в решении Таллинского окружного суда (дело № 3-08-1465), при такого рода расходах самое важное: „сделан ли конкретный расход в интересах работника или работодателя“. Из того же решения видно, что специальной льготой считаются такие, сделанные в интересах работника расходы, которые напрямую не необходимы работодателю, или необходимость которых является второстепенной по сравнению с выгодой работодателя.

Более резиновой и растягиваемой формулировки трудно придумать. В разъяснении того, что специальная льгота, а что нет при обустройстве домашнего рабочего места несколько конкретнее оказался Налогово-таможенный департамент. Понимая, что ни при каких обстоятельствах не удастся оплатить что угодно находящееся дома у работника, чего он сам или члены семьи не смогли бы использовать в личных целях, налоговый администратор предложил решать проблему через согласованную сторонами (работодатель — работник) пропорцию.

В рекомендациях НТД сказано: „За основу при расчёте пропорции предпринимателя — фактическое использование (имущества или купленных услуг); соотношения площадей — используемая в предпринимательстве часть и используемая для частной жизни часть; определение во времени (если невозможно рассчитать соотношение площадей) — в каком объёме по времени (работник) занимается предпринимательством, а в каком — частными делами“. Ясно, что далеко не всегда такое разделение можно рассчитать, поскольку для очень многих расходов не найти критерия, на основании которого возможен расчёт.

Поэтому самым важным в рекомендациях налоговой службы мне кажется следующее положение: „Если сложно определить пропорцию, то 50 % считается долей предпринимательства и 50 % — частное пользование“. Тот же подход содержится в решении Таллинского окружного суда (№ 3-09-773), где сказано: „Суд считает обоснованным применение пропорции 50:50 при определении связанных и не связанных с предпринимательством расходов“. А спор судебный шёл о приобретении для „домашнего“ рабочего места настольной лампы и полки. По сути спора суд вполне резонно заметил, что „лампа и полка с учётом их расположения предназначены для использования и вне рабочего времени“. А как использовались эти предметы в реальной жизни — бог знает (и то, если он организует специальное наблюдение для контроля исполнения налоговых обязанностей подопечным населением).

В самом деле, представим, что налогоплательщик желает и работодатель не против получить компенсацию оплаты электричества и отопления, несомненно используемых для выполнения налогоплательщиком своей работы в одной из комнат трёхкомнатной квартиры. При желании расход электричества, наверное, близко к реальности можно рассчитать, исходя из мощности используемого для деловых целей оборудования и осветительных приборов за 8 часов рабочего времени (хотя такой расчёт потребует усилий много больших, чем полученный в результате выигрыш). Но по отношению к отоплению даже гипотетически нельзя разработать методику расчёта, поскольку когда работник уйдёт с домашнего рабочего места, он отопление не выключит (иначе в других комнатах квартиры жизнь станет, мягко говоря, некомфортной). Но без всяких проблем можно рассчитать долю оплаты того и другого ресурса пропорционально площади помещения используемого под домашний офис, а затем получить возмещение в размере 50 %, что может быть и неточно, но вполне справедливо. То же самое применимо к любым вещам, приобретённым работником для домашнего офиса (если компенсируется 50 % стоимости покупки). Другое дело, когда вещи эти куплены работодателем и право собственности на них за работодателем сохраняется, а работник только получил их в пользование. Тогда вообще нет проблем, поскольку нет компенсаций. Однажды я почти год жил в квартире, принадлежащей организации, где пришлось работать, а на всей мебели были набиты металлические плашки с инвентарными номерами (дважды в течение того года завхоз с бухгалтером делали инвентаризацию мебели). Но даже в этом случае необходимо доказать целесообразность приобретения чего-либо для деловых целей. Например, наличие дивана доказать можно, а установку двуспальной кровати вряд ли. Критерий здесь — здравый смысл. И в некоторых случаях, наверное, целесообразна обратная компенсация (от работника работодателю) в соотношении 50:50 (если срок существования приобретённого имущества короткий и оно каким-либо образом может использоваться в личном потреблении).

Понятно, что любые расходы должны быть документально подтверждены, а что касается финансовых отношений работника с фирмой, то можно дать обеим сторонам простой совет: не морочьте себе и людям голову — любые расходы делите между собой в пропорции 50 на 50 и никаких проблем не появится — в налоговом смысле.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 16.12.2020


Читать полностью...



Её пример — другим наука


Пишет Владимир Вайнгорт 2020-12-09

В последние несколько лет тема использования служебного легкового автомобиля в личных целях и связанного с этим налогообложения специальной льготы ушла из разряда первоочередных. Установился некий негласный консенсус между налоговым управляющим и налогоплательщиками. Кто поответственнее и, самое главное, из тех, что активно пользуется автомобилем для личных поездок — не утверждают, что такого использования нет и отражают специальную льготу; у кого превалируют служебные поездки — делает отметку в авторегистре об исключительно служебном назначении автомобиля. Такое саморегулирование пока налогового управляющего, в общем, устраивает. Надолго ли — бог весть.

И вдруг грянул гром, как раз в связи с уплатой налогов со специальной льготы. Министру просвещения — Майлис Репс пришлось покинуть пост в связи с тем, что она, активно используя служебный легковой автомобиль для личных целей (своих и членов семьи), не только не скрывала этого обстоятельства, а даже оплачивала соответствующие налоги со специальной льготы за счёт министерства. Общество (которое в случае члена правительства является работодателем) сочло, что оно платит министру достаточно, чтобы член правительства мог не залезать в карман налогоплательщика ещё и для доплаты за полученные им блага (оформляя эту доплату специальной льготой), поскольку и сама доплата и налоги за её получение осуществляется за счёт налогоплательщиков, как и установленная зарплата. Законное налогообложение в этом случае не делает саму доплату законной.

Заметим, это касается не только „слуг народа“. Есть пример, когда иностранный собственник уволил генерального директора эстонской фирмы как раз за то же самое: уплату налогов со специальной льготы за использование служебной машины для личных поездок. И мотивировка была похожей. „Я плачу ему достаточно, чтобы он мог из своего кармана платить за личные поездки, не подворовывая у меня“, — заявил собственник на суде (поскольку уволенный директор оспаривал правомерность иска к нему в размере расходов на оплату самой льготы и налогов). Мне приходилось видеть несколько аудиторских заключений, в которых обращалось внимание акционеров, что автомобильная спецльгота (вместе с налогами) не предусмотрена в договоре с членом правления и потому исполнение требований налогового права не делает сам расход законным.

И трудно не согласиться (в связи с автомобильной темой) с позицией НТД, высказанной в одном из опубликованных комментариев, что нельзя считать легковой автомобиль фирмы предназначенным исключительно для служебных поездок, если „у предприятия только один член правления (который в то же время может быть единоличным собственником) и отсутствуют работники, а у члена правления и у его семьи нет другого автомобиля, на котором делаются частные поездки“. Согласитесь, утверждение вполне логичное.

А возвращаясь к истории с незадачливой госпожой министершей, интересные слова сказал премьер-министр (если верить прессе, которая слова эти приводит), что он хотел бы понять — не нарушается ли им закон, когда по ходу деловой поездки он подбрасывает детей в школу. Успокоим главу правительства: если сама поездка у него не является специальной льготой, то по решению Государственного суда № 3-3-1-93-08 работник может, не продлевая маршрут, остановить автомобиль для того, чтобы совместить с поездкой, осуществляемой для деловых нужд, свою личную деятельность. Этот пример иллюстрирует мнение суда, что „не возникает специальная льгота по смыслу статьи 48 Закона о подоходном налоге, если использование автомобиля не влечёт за собой дополнительные затраты для работодателя“. Специально привожу номер решения Госсуда, поскольку не раз отвечал на вопрос: где написано, что попутное решение личных проблем с использованием служебного автомобиля не вызывает специальной льготы? А в 48-й статье Закона о подоходном налоге вполне ясно изложены случаи, когда поездка из дома на службу и обратно может считаться служебной.

Вообще, применительно к налогообложению, необходимо руководствоваться не только вышеназванными нормами 48-й статьи, а исходить из второй части статьи 5 прим Закона о подоходном налоге, где сказано, что „недействительными считаются сделки или цепочки сделок, которые совершаются не по реальным жизненно или коммерчески важным причинам, отражая их фактическую экономическую суть“. Такой подход, кстати сказать, становится актуальным именно сейчас, в связи с переходом на удалённую работу в т. н. домашнем офисе (о чём поговорим в одной из следующих статей). А случившееся с поездками министра просвещения должно обеспокоить всех государственных и муниципальных служащих, имеющих право пользоваться служебными автомобилями (равно как и руководителей государственных и муниципальных предприятий), и более всего заинтересовать всех нас — честных налогоплательщиков, за чей счёт многочисленные категории служащих (или депутатов) иногда платят налоги со специальных льгот. Они, как правило, обеспечены достаточно, чтобы не прибегать к дополнительным льготам.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 02.12.2020


Читать полностью...



О внимательном чтении законов


Пишет Владимир Вайнгорт 2020-11-25

Худо дело, когда законы читают поверхностно либо не читают вообще. Тогда возникают налоговые проблемы вроде той, что беспокоит многих руководителей фирм, бухгалтеры которых наотрез отказываются без налогообложения компенсировать расходы, связанные с внутриэстонскими поездками по служебным делам на личных автомобилях, если общий пробег за месяц таких поездок выше 1116 км. Откуда берётся ограничение? Из нормы Закона о подоходном налоге (статья 12 часть 2 пункт 2 и 2 прим и статья 48 часть 4 пункт 5), а также из специального Постановления правительства № 164 от 14.07.2006. Там содержится правило возмещения по 0,3 евро за километр рабочих или служебных поездок, но не более 334 евро за месяц.

Поползновения руководителей фирм применять к деловым поездкам по республике на личном автомобиле правила компенсации установленные для командировок некоторыми бдительными бухгалтерами отбрасываются, что называется, с хода, на основании того, что они под словом „командировка“ понимают только деловую поездку за рубежи Эстонии. Можно ли это вычитать из нормы пункта 1 части 3 статьи 13 Закона о подоходном налоге? Наверное, можно, если очень невнимательно закон читать. Тем более, если так же поверхностно читать соответствующее Постановление правительства (№ 110 от 25.06.2009). Хотя в этом постановлении первым делом сказано, что оно вводится на основании не только нормы Закона о подоходном налоге, но также части 3 статьи 40 Закона о трудовом договоре, а в статье 40 этого закона есть часть 2, где сказано: „Работник вправе требовать возмещения расходов, сопутствующих рабочей командировке. При зарубежной командировке работник вправе требовать также суточных“. То есть законодатель строго разделил обязанности работодателя по двум случаям: при зарубежной командировке возникают суточные, а при любой иной (то есть — внутригосударственной) только компенсируются расходы возникающие в связи с поездкой и проживанием. В 31-й статье Закона о трудовом договоре названы кроме того признаки понятия „командировка“, которым внутригосударственная поездка по делам вполне соответствует. По совокупности всех перечисленных норм можно и нужно понимать, что компенсация расходов, связанных с поездкой на личном автомобиле для исполнения трудовых обязанностей за пределами места выполнения работы внутри республики никаким образом не регулируется нормой о предельной безналоговой компенсации в 335 евро в месяц.

Поездка в связи с внутриреспубликанской командировкой на личном автомобиле позволяет производить компенсацию расходов работника без налогообложения в соответствии с параграфом 2 Постановления правительства № 110 от 25.06.2009. Эти возмещения хорошо известны: компенсируется плата за моторное топливо и другие расходы, кроме расходов на ремонт и обслуживание автомобиля.

То есть можно компенсировать расходы понесённые работником для поездки в командировку по Эстонии на личном автомобиле без увязки с компенсацией расходов на поездки в том городе или населённом пункте, где находится постоянное рабочее место работника. Иными словами, компенсация оплаты топлива (а также оплаты стоянки, например) может осуществляться сверх предела в 335 евро за месяц.

Суточные, действительно, без налога можно платить только если работник выехал за пределы республики по служебным делам дальше, чем на 50 километров от границы. То, что у нас нет безналоговых суточных по внутриреспубликанским командировкам — законодательное свинство.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 18.11.2020


Читать полностью...



Постэпидемиологические налоговые дела


Пишет Владимир Вайнгорт 2020-11-11

Судя по вопросам от бухгалтеров и руководителей малых фирм, в бизнес-среде в результате весенне-летнего локдауна происходят необратимые изменения, влияющие на все аспекты жизни фирм, в том числе — налоговую стратегию. Главное массовое изменение: не все переведённые на дистанционную работу сотрудники возвращаются в офисы. Многие становятся фрилансерами. В связи с чем популярным становится вопрос о налоговых рисках, когда в пределах размера ранее выплачиваемой зарплаты часть её сохраняется, а часть заменяется арендной платой за используемую работником „на удалёнке“ квартиру.

Схема понятна и цель её — снизить размер социального налога — торчит как шило из мешка. Как отреагирует налоговый администратор на такую трансформацию зарплаты, тоже легко предсказать. А каким окажется решение в случае судебного налогового спора по этому поводу прогнозировать трудно. Но если снижение зарплаты произойдёт не просто в результате согласия сторон трудового договора, а, например, по причине уменьшения согласованного времени работы (было 8 часов, стало — в связи с падением объёма сбыта товаров или услуг — 4 часа), то вряд ли можно будет считать договорённость об уменьшении зарплаты мнимой сделкой. И уж, конечно, нехорошо, чтобы уполовинивание зарплаты, например, полностью возмещалось арендной платой. Наверное, всё же результат должен быть хоть немного, но иным: большим или меньшим. И тогда в налоговом смысле останется только риск появления специальной льготы, если арендная плата за помещение окажется выше рыночной. Поэтому при такой сделке с работником (в понимании термина „работник“ по 48-й статье Закона о подоходном налоге) важнейшим ограничением становится экспертное установление рыночной цены аренды аналогичного помещения. При этом желательно экспертное заключение тщательно документировать (начиная с аргументации выбора эксперта).

Второе важное условие: удержание подоходного налога в размере 20 % с выплаты по договору аренды (снижение этого налога владелец помещения получит на основании своей годовой декларации). Ещё одно ограничение: работнику важно не забыть о сохранении медицинского страхования. То есть следить, чтобы зарплата не оказалась ниже величины установленной для оплаты социального налога, гарантирующего медицинское страхование. В нынешнем году такой минимум равен 540 евро. В следующем — будет 584 евро. Напомним, на всякий случай, что если часть квартиры сдаётся в аренду, то в случае её продажи часть вырученной от сделки суммы пойдёт под подоходный налог.

Что говорить, плата за аренду помещения (с уменьшением зарплаты) для фирмы выгодна. Особенно это окажется выгодно фирме и работнику, если фрилансер использует для работы отдельную квартиру. Естественно, арендоваться может любое иное имущество работника, которое необходимо для исполнения им функций, предусмотренных трудовым договором. Все эти соображения применимы и к членам правления.

Вторая группа вопросов возникает по поводу расходов фирмы на обустройство рабочего места для работника (члена правления) перешедшего на режим удалённой деятельности. Чтобы исключить какие-либо налоговые риски при таких расходах (то есть снять опасность появления специальных льгот) целесообразно провести анализ трудовой среды „домашнего офиса“ и согласовать его с врачом-гигиенистом. Если это сделать, вряд ли кому-либо из налоговой службы удастся доказать, что, например, оплата фирмой полной переделки электросистемы в комнате используемой работником-фрилансером — это специальная льгота, а не обеспечение необходимого освещения рабочего места (в соответствии с нормативами для конкретного вида деятельности). То же может касаться вентсистем, окраски стен или потолков и многих других модернизаций.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 04.11.2020


Читать полностью...



Одновременная трансляция всех лекций в ZOOM


Пишет Тимур Скоряк 2020-11-02

«Кардис» Для обеспечения здоровья и безопасности наших слушателей, Kardis с ноября месяца будет во время лекций включать прямую трансляцию лекции в программе ZOOM. Слушатели смогут дистанционно видеть и слышать лектора. На стоимости лекции это не скажется — цена одинаковая.

Учебные материалы будут выводиться на экраны в принятом в программе Zoom режиме (то есть видишь крупно учебный материал и одновременно лектора). Это касается и отдельных лекций, и любого занятия учебных курсов. То есть на какие-то лекции курса можно прийти очно, а на какие-то лекции можно подключиться дистанционно. Во время лекции также можно спрашивать что-то у лектора, задавать вопросы, как и при нахождении в лекционном зале.

Напоминаем, что в ZOOM можно участвовать и с помощью телефона (смартфона), и планшета.

Во время записи на лекцию или перед лекцией надо предупредить нас, что Вы хотите слушать лекцию по Интернету, мы пришлем пароль для входа, и, если раньше программой ZOOM не пользовались, инструкции по ее скачиванию и подключению. Те, кто побаивается своего компьютера, может нам позвонить и наш ИТ специалист по обычному телефону поможет в установке программы, или во включении самой лекции.

Напоминаем также, что наши традиционные интернет — консультации по вторникам и программа ZOOM — абсолютно разные вещи. По вторникам мы продолжим консультации в нашей традиционной программе. Главное отличие — ZOOM это качественное видео, это современная программа, созданная для конференций и лекций. Для участия требуется отдельная регистрация и получение доступа, нужен нормальный интернет и желательно современное „железо“. Наши аудио-консультации по интернету — собственная разработка KARDIS на базе стандартного ПО, позволяющая одновременное участие до 500 пользователей, отсутствие предварительной регистрации (лишь ввести пароль один раз в году) и крайне нетребовательная к скорости интернета и мощности компьютера. Но это только звуковая передача от нас, и только письменная связь от слушателей.


Читать полностью...



Остроумное налоговое решение поддержанное Госсудом


Пишет Владимир Вайнгорт 2020-10-28

Нет предела предпринимательской изобретательности, когда речь идёт о возможности уменьшения налоговых обязанностей (они у нас уж очень тяжелы для бизнеса).

Операция, которую придумали и провернули в одной из фирм, позволила ей получить приличную экономию. Предшествовавшая этой операции экономическая ситуация была такой: фирма „X“ имела финансовые обязательства перед фирмой „Y“. Обязательство серьёзное по величине (около 90 000 евро) и его выполнение было, явно, маловероятно (о чём фирме „Y“ было хорошо известно). Понимая реальное положение дел, фирма „Y“ была непрочь продать своё право требования к фирме „X“ с приличным дисконтом (то есть дешевле величины требования).

Покупатель появился. Им стал член правления фирмы „X“ (купивший долг за 25 000 евро). Соответственно, задолженность в 90 000 евро оказалась у фирмы „X“ не перед другим предприятием, а перед членом своего правления.

Пикантность сложившейся ситуации была в том, что член правления, ставший обладателем права требования к фирме „X“, перед тем получил кредит от этой же фирмы „X“, который тут же сократился на 90 000 евро, поскольку стороны провели взаимозачёт требований. Обе сделки оказались выгодными и для фирмы „X“ и для члена её правления.

Ознакомившийся с этими операциями Налогово-таможенный департамент нашёл в них признаки, позволяющие потребовать уплаты налога с выданного члену правления кредита, оценив его как сделку не связанную с предпринимательством. На уменьшение налогооблагаемой суммы кредита налоговый администратор согласился, но только в том размере, который член правления фирмы „X“ реально уплатил фирме „Y“ (то есть признал уменьшение базы налогообложения на 25 000 евро). Возникший между налогоплательщиком (фирмой „X“) и Налогово-таможенным департаментом спор дошёл до Государственного суда. А он не согласился с тем, что вся сделка в целом была задумана и реализована с целью ухода от налога. Суд признал очевидное: сделки были проведены с явной выгодой как для юридического, так и для физического лица. И поэтому искать в этой хозяйственной операции признаки мнимой сделки нелепо. Как и сводить суть операции к тому, что коммерческое товарищество приобрело требование к самому себе (что утверждали налоговики). В сделке вполне прозрачно просматривается две стороны и обе имели в её совершении реальный финансовый интерес. Какая уж тут мнимость?

Более того, Государственный суд второй раз в нынешнем году записал в своём решении, что добросовестный налогоплательщик не должен выбирать из нескольких вариантов хозяйственных операций такой, который влечёт максимальную налоговую обязанность. Суд счёл: никто не должен отказываться от правомерной сделки, которая несёт налогоплательщику выгоду за счёт снижения налогов. Очень интересное решение и сам по себе случай вполне многообещающий для различных ситуаций. А решение Госсуда вполне заслуживает внимательного чтения.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 21.10.2020


Читать полностью...



Поперёк логики


Пишет Владимир Вайнгорт 2020-10-14

В нашей постэпидемической реальности одно из самых заметных изменений на рынке труда связано со стремлением работодателей минимизировать наём по трудовым договорам и сколь возможно увеличивать отношения с работниками на основе договоров подряда либо каких-то иных обязательственно-правовых соглашений. Понять работодателей легко. Волатильность рынка товаров и услуг нарастает. Никто не гарантирован, что сбыт обвалится неожиданно и надолго. А увольнение постоянных работников, имеющих трудовые договора дело длинное и недешёвое. Логично, что бизнес выбирает наименее затратный способ оплаты труда. Логично также, что сами работники пользуются возможностью найти работу (и оплату) помимо основного места приложения труда. То есть, получая зарплату в одном месте на основе трудового договора, подрабатывают ещё и в качестве подрядчиков в одном или нескольких местах.

Но эти реальные жизненные обстоятельства никак не отражаются на законодательстве, которое упорно ориентируется на вчерашний день. Рассмотрим проблему на примере. Предположим, человек трудится (и получает за свой труд деньги) в трёх фирмах. В одной он работает на основе трудового договора, но с неполной занятостью. Это позволяет ему зарабатывать ещё в двух фирмах на основе подрядных договоров. Предположим, что в каждой из этих трёх фирм он получает по 350 евро (то есть, сумму, которая не обеспечивает медицинскую страховку). Понятно, что основным местом работы для этого человека в такой ситуации является фирма, где у него имеется трудовой договор. Предположим также, что в двух других фирмах этому человеку выдают справки, свидетельствующие, что он получает по 350 евро. Вопрос: может ли головной работодатель уплатить за этого работника социальный налог не с 540 евро (минимум для социального страхования), а с 350 евро, поскольку у него есть документальное подтверждение, что суммарно его работник получает в месяц 1150 евро, то есть сумму явно вдвое превышающую минимальную величину, требующуюся для обеспечения медицинского и пенсионного страхования?

По нормальной экономической логике — да. Но по действующим правовым нормам — нет. В Законе о социальном налоге часть 2 прим 2 статьи 2 гласит: „Если у работодателя, учитывающего не облагаемый налогом доход, есть справка о вознаграждении, выплаченном лицу в тот же период налогообложения другим работодателем, он может за названное лицо внести социальный налог с разности месячной ставки и выплаченного другим работодателем вознаграждения, но не менее, чем с суммы, которую он уплатил работнику за месяц <...>“.

Понятие работодатель здесь упомянут в понимании Закона о трудовом договоре (а там оно привязано к трудовому договору).

И хотя логики в таком прочтении мало, но в практике надо учитывать сложившийся подход, чтобы не влететь в налоговое нарушение. С учётом реалий постэпидемической жизни и значительным объёмом работ, которые уже выполняются (и будут всё чаще выполняться) в отрыве от места расположения фирмы (по т. н. удалёнке) три закона необходимо скорректировать „под жизнь“: Закон о трудовом договоре, Закон о социальном налоге и Закон о медицинском страховании.

Никто сегодня не сможет сказать: как долго придётся жить, качаясь на волнах коронавируса. Но, чтобы не терять деньги, бизнес вполне разумно будет пользоваться услугами подрядчиков, а не нанимать постоянных работников. Это данность не только ближайшего времени. Но, скорее всего, на годы вперёд. Легко предположить также, что и минимум социального налога будет расти. Но ничего не известно по поводу изменения нормы в цитированном выше тексте закона. Пока наши уважаемые депутаты на этот счёт молчат. К сожалению.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 07.10.2020


Читать полностью...



Налоговая цена „удалёнки“


Пишет Владимир Вайнгорт 2020-09-30

Первое бесспорное постэпидемиологическое изменение в нашей бизнес-среде уже определилось: в связи с распространением „удалёнки“ совместный труд коллектива сотрудников в помещении бюро встречается всё реже и, соответственно, снижается потребность в офисных площадях.

Если площади арендовались — проблемы не возникают. А когда контора находится в помещениях принадлежащих фирме, естественно, появляется вопрос: что с этими площадями делать, если они существуют отдельно от производственных помещений. Особенно, когда контора размещалась в специально для того приобретённой квартире, а то и в нескольких рядом расположенных квартирах, приспособленных (перестроенных) под офисы. Ненужной оказывается либо часть площади (если всё-таки несколько человек продолжают трудиться в конторских помещениях), либо излишней становится вся площадь. Сдать такой офис в аренду становится всё труднее. Единственный выход — продать: в существующем виде либо превратив снова в жильё (что может заметно поднять цену). Рассчитывая финансовые результаты такой сделки необходимо учитывать несколько вероятных налоговых последствий.

Первое связано с метаморфозами налога с оборота. Начинать целесообразно с проверки: за время владением недвижимостью возможные расходы на перестройки не превысили ли на 10 % сумму первоначального приобретения помещения. То есть не попадает ли недвижимость под действие нормы 3-го пункта 1-й части статьи 16 Закона о налоге с оборота. Если попадает — продажа помещения (даже если оно продаётся как жильё) должна осуществляться с НСО. А не попадает — жильё продаётся без НСО. Но тогда возникает вторая проблема: если с расходов по перестройке или ремонту зачитывался включённый налог с оборота и с момента зачёта до периода продажи помещения не прошло 10 лет, придётся возвращать налог из расчёта 10 % за год недостающий до десятилетнего срока. Разобравшись с этим налогом переходим к рассмотрению рисков появления подоходного налога.

Они возникнут, если приобретателем квартиры станет лицо, попадающее под понятие „работник“ из 48-й статьи Закона о подоходном налоге, где речь идёт о специальной льготе. По этой статье понятие „работник“ совершенно не то же, что в Законе о трудовом договоре. Специальной льготой окажется разница между рыночной стоимостью квартиры (либо иного помещения) и фактической ценой за которую она уйдёт кому-либо из разряда „работников“ (если цена окажется ниже рыночной). Здесь всё не жёстко, поскольку рыночная цена определяется приглашённым экспертом соответствующего профиля. Но в случае существенного её понижения возникает не только подоходный, но и социальный налог (поскольку появляется специальная льгота).

Соблазн купить недорого такое помещение несомненно возникает у члена правления — собственника (если он в единственном лице). С учётом меняющейся сейчас конъюнктуры вторичного рынка недвижимости даже при всех налоговых ограничениях сделка может оказаться очень интересной. Желание купить возникает также, если в качестве покупателя окажется не член правления, а работающий по трудовому договору менеджер (ничего не мешает оказаться в этой роли собственнику). Тем более в случае с реальным работником средства на покупку могут быть взяты в качестве кредита работнику из той же фирмы под нынешние 0,1 % (то есть, фактически, беспроцентно). А дальше помещение может сдаваться в аренду, цена которой вполне может равняться величине возврата кредита (если график платежей составить соответственный).

В складывающейся постэпидемиологической ситуации с учётом всех аспектов по отношению к офисной недвижимости есть о чём подумать. Но если господа предприниматели станут участниками игры (что вполне может оказаться выгодно) надо скрупулёзно выполнить требования налоговых законов. Чтобы „не выстрелить себе в ногу“. Обращаю внимание заинтересованных читателей: сделки с недвижимостью легко проверяются и почти всегда вызывают интерес „налогового администратора“.

А в случае продажи помещений совершенно никак не связанному с фирмой лицу никаких проблем с подоходным налогом не возникнет. Но потом может оказаться обидно за неиспользованные возможности.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 23.09.2020


Читать полностью...



На пороге „Клуба 80+“


Пишет Владимир Вайнгорт 2020-09-30

„Клуб 80+“ — почти официальное название группы стран, где средняя продолжительность жизни населения выше 80 лет. По данным ООН за 2019 год их 34. Эстония входит в следующую за ними пятёрку, занимая 39 место. Перед ней на 38 месте — Куба, и на 37 — США. А, например, Литва — 74, Латвия — 78. Россия, вообще, 109 — хотя её президент нынче объявил цель — к 2030 году войти в „Клуб 80+“. Как у них выйдет — жизнь покажет, а для Эстонии такая задача вполне реальна в течение нескольких ближайших лет (у первых на всём постсоветском пространстве). И, что бы кто не говорил о наших проблемах, но индекс продолжительности жизни — лучший показатель качества жизни в стране и состояния её медицины на самых опасных направлениях: кардиологии, онкологии и других столь же критичных для здоровья населения болезней.

Всем сменяющим друг друга в последние 30 лет властям Эстонии есть чем гордиться. Может быть, как раз в быстрой их смене заложен секрет успеха и называется он — реальная демократия. Но не зря сказано: наши недостатки есть продолжение наших достоинств.

Геронтология в действии

Никуда не денешься от цифр. А они по „возрасту дожития“ впечатляют. В 2000 году у нас лиц старше 85 лет было 17 880. В 2019 году стало 34 173 (вдвое больше). Тех, кому от 70 до 84, было 119 230, стало 150 331. Стареем! Среди работающих в возрасте от 50 до 74 лет в 2000 году было 148 тыс. (25,3 % от всех работников), стало в 2019 году 333 тыс. (34,7 %). Такая структура населения и особенно его работающей части обусловила рост потребности во врачебной поддержке. Когда (по старому анекдоту) „каждый советский человек умирал здоровым“, были актуальны слова из песни: „Если я заболею, / к врачам обращаться не стану“. А сейчас чем старше население, тем чаще обращения к врачам. И сразу, не выдержав этого напора, рухнула первая линия медицинской помощи — система семейных врачей. Нормативы их нагрузки конца 1990-х годов за четверть века устарели. Первыми исчезли (декларированные вначале) визиты врачей на дом. Затем первую лечебную помощь стали оказывать по телефону не врачи, а сёстры. А теперь вообще семейные врачи настоятельно советуют общаться через интернет. Понять природу этой затянувшейся агонии не каждому дано.

С одной стороны, вроде бы, не хватает врачей: мой соавтор по одной из публикаций на эту тему, известный хирург-онколог сообщил, что многие семейные врачи — пенсионеры и вдруг они прекратят трудиться — мы вынуждены будем заняться самолечением по интернету. В то же время конкурс на медицинские специальности огромный. Казалось бы — подсократите приём на профессии, по которым выпускники не могут найти себе применение, и готовьте врачей. Говорят, нет смысла — они всё равно уедут. Но тогда и те, что учатся тоже не останутся. А может быть надо одновременно увеличить приём студентов и оплату врачебного труда? По данным об отраслевой зарплате в Таллине, например, оплата труда медиков до пандемии стояла на 5 месте. А в июле передвинулась на четвёртое. Они нам обеспечили возможность жить, а на первом месте по зарплате всё равно банковский и страховой секторы (хотя, сгори они синим пламенем — никто бы не пожалел).

Близка к теме здоровья проблема работающих пожилых людей, возникающая в связи с оплатой „больничных листов“. По закону Больничная касса компенсирует потерю зарплаты в связи с болезнью начиная с 9-го дня. Правда, законодатели недавно сделали широкий жест за чужой счёт, разрешив работодателям компенсировать работникам утрату дохода со 2-го дня (без социального налога). Но далеко не все предприятия в состоянии этим воспользоваться (особенно там, где пожилых работников много и они, естественно, болеют часто). Понятно, у Больничной кассы денег не хватает. Но ещё больше их не хватает работающим пенсионерам. Для многих потеря четверти месячной зарплаты трагична и потому пожилые работники „болеют на ходу“. Может быть тем, кому за 70, всё-таки бюллетень по болезни оплачивать с первого дня? А возвращаясь к теме семейных врачей, надо обеспечить ответный звонок от медсестры не сумевшим дозвониться пациентам старше 65 лет. Технических проблем здесь нет.

Забота у них простая.

Рано или поздно, но почти у всех одиноких пенсионеров (или даже у семейной пары пожилых людей) появляется одна и та же забота: им требуется постоянный уход. Соответствующие пансионаты возникают по всей Эстонии. Но более или менее пристойное содержание в них требует средств для большинства наших пенсионеров совершенно недоступных (в размере от трёх до пяти средних пенсий). Проблема эта растёт и будет расти пропорционально росту продолжительности жизни в стране. Во многих странах „Клуба 80+“ существуют способы финансовой поддержки ухода за пожилыми людьми. Для наших условий подошли бы те из них, что связаны с владением стариками недвижимостью (у нас более 90 % всего жилого фонда представляет собой квартирную собственность, в подавляющем большинстве принадлежащую пожилой части населения). Но чтобы использовать такой ресурс, требуются соответствующие социальные службы.

Переформатировать надо бы и культурно-досуговую городскую среду. Достойна похвалы забота муниципалитетов о детских площадках, но в наших спальных районах жителей из круга „80+“ не меньше, чем детей. А до ближайшей лавочки иногда идти и идти. Не говоря уже об отсутствии уголков со столиками, где можно было сыграть в шахматы, домино, а то и перекинуться в картишки.

Во времена „исторического материализма“ Таллин вызывал зависть на постсоветском пространстве своими кафе, где собирались пожилые дамы для общения. Старушки специально готовились — одевались соответственно. Сегодня нет в центре города кафе, доступных по цене для получателей средней пенсии. Мне скажут: цены созревают на рынке. В общем, да. Но в самых рыночных странах существуют программы социально-ориентированного бизнеса (с использованием льгот по аренде и т. п.). Создание общественных пространств дружелюбных для пожилых людей становится одним из приоритетов современной урбанистики. Движение за „Зелёный город“ — прекрасно, но не превратились бы наши городские пространства в тоску зелёную. По крайней мере, для тех, кто плюсует годы к восьмому десятку. Возможностей общения у них всё меньше и это проблема растущая вместе с возрастом.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „МК-Эстония“ от 23.09.2020


Читать полностью...



Налоговая „квадратура круга“


Пишет Владимир Вайнгорт 2020-09-16

„Квадратурой круга“ называют безнадёжную нерешаемую проблему, которую, тем ни менее, снова и снова пытаются разрешить. Примерно так выглядят неоднократные попытки Государственного суда создать правовую основу для разрешения конфликтов между налогоплательщиками и налоговым администратором в ситуациях, когда плата за труд невелика, а дивиденды, получаемые тем же лицом, ого-го.

В очередной раз на эту тему Государственный суд высказался 4 марта нынешнего года. Рассмотрение налогового спора оказалось особенно интересным, поскольку на судебном ристалище сошлись: НТД и одно из самых известных адвокатских бюро. То есть истец и ответчик разбирающиеся в налоговом праве не хуже членов Высокого суда.

Суть спора такова: налоговый администратор обнаружил, что юридическая фирма имеет гроздь фирм-субподрядчиков, каждую из которых возглавляет физическое лицо одновременно либо входящее в правление „большой“ — генподрядной фирмы либо являющееся в этой фирме работником. В сети субподрядных структур эти лица либо единственные пайщики, либо пайщики имеющие контрольный пай. Смысл понятен: члены правления (или работники) получали в головной фирме небольшие платы (соответствующие средним отраслевым), а в „своих“ микрофирмах они получали дивиденды. При этом фирмы-субподрядчики реально выполняли работу, за которую им генподрядчик платил. Тем ни менее НТД счёл эти сделки мнимыми по части 4 статьи 83 Закона о налогообложении.

Мнимость сделок налоговики объяснили тем, что фактически работу выполняли физические лица — работники или члены правления „большой фирмы“ и потому им надо было платить зарплату за выполненную работу, а не оплачивать счета от их же фирм.

Ничего необычного ни в схеме оплаты, принятой юридической фирмой, ни в её оценке налоговым администратором не было. Таких примеров немало. Необычно то, что Государственный суд принял спор к рассмотрению и далеко не во всём согласился с налоговой службой. Прежде всего он не признал сделки мнимыми (то есть не существующими в правовом смысле). Юридические лица — субподрядчики действительно выполняли работу, а то, что эти организации возглавляли работники генподрядной фирмы — по мнению суда — не исключало факта реальной деятельности субподрядчиков. Суд согласился, что целью такого структурирования бизнеса было снижение налоговой нагрузки, но заметил, что такое стремление не делает сделки мнимыми. Более того, наш Высокий суд повторил знаменитую фразу Верховного суда США о том, что „налогоплательщик не обязан действовать таким способом, который обеспечивает максимальную налоговую нагрузку“ (!). Соответственно, суд счёл, что фирма-генподрядчик не имела оснований потребовать от своих членов правления выполнения работ, которые в обязанности правления не входят и потому не согласился с переквалификацией оплаты предприятию-субподрядчику в плату члену правления. То есть налогоплательщик выиграл спор? Нет. Потому что Госсуд всё-таки признал, что имело место нарушение, о котором говорится в статье 84 Закона о налогообложении. И суть этого нарушения в том, что в конечном итоге подоходный налог уплачен только с дивидендов (то есть с финансового дохода), а не с трудового дохода, когда появился бы и социальный налог (в редакции Госсуда действуют понятия „пассивный доход“ и „активный доход“). И тут возникает та самая „квадратура круга“, определить которую Государственный суд уже пробовал и сейчас пытается в очередной раз, но не может этого сделать, поскольку понимает: нельзя весь „пассивный доход“ переквалифицировать в „активный“, а какая пропорция возможна между ними, Госсуд тоже назвать не может (как говорится, в их решении — „пропорция в практике не ясна“). Ситуация, вроде бы, ясна: если выполняется работа — за неё всё-таки надо платить. С другой стороны, нет правовой нормы ограничивающей право на дивиденды. И каким образом выявить соотношение между этими величинами никто пока доказательно не определил.

Но что точно ясно (исходя из рассматриваемого решения Госсуда) — так это всё-таки принципиальная возможность реализации такой схемы снижения налоговой нагрузки, если не платить всю сумму в виде дивидендов, а каким-то образом (по собственной методике налогоплательщика) распределить её на зарплату и дивиденды. Проблема будет постоянно возникать до тех пор, пока законодатель не поставит дивиденды под социальный налог (полностью или частично). Но такого радикального решения Госсуд не потребовал. А решение от 04.03.2020 (№ 3-18-1740) есть смысл внимательно прочесть всем предпринимателям. Шанс экономить на налогах там просматривается. Если к делу подойти с умом.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 09.09.2020


Читать полностью...



Бедность города берёт


Пишет Владимир Вайнгорт 2020-09-16

Статистика знает всё. По крайней мере, насчёт бедности всё сосчитано. Тем более за последние — доэпидемиологические годы с 2015 по 2019 — цифры почти не менялись. Относительная бедность около 22 %. Абсолютная — около 3 %. От всего населения Эстонии. Разница между ними в размере нетто-дохода, ниже которого наступает бедность. Относительная в 2018 году, например, возникала при доходе ниже 569 евро. Абсолютная — в том же году наступала при доходе до 215 евро.

Понятное дело, в нынешней кризисной ситуации положение лучше не становится. На этой печальной ноте тему бедности можно считать исчерпанной, если бы статистика не давала дополнительной информации. А с её учётом проблема выглядит совсем не однозначной.

Кто действительно беден?

По статистическим данным бедность у нас — удел пожилых людей. Например, в 2018 году в бедности находились более 43 % жителей старше 65 лет. Понятно, неработающие старики, в основном, имели пенсию ниже 500 евро. Средняя пенсия и сегодня ниже границы относительной бедности. Но есть обстоятельство, которое меняет представления о бедности пожилых людей. В категории старше 65 лет значительна доля тех, кто приватизировал жильё в девяностые годы. А назвать бедняком владельца недвижимости стоимостью близкой к 100 000 евро — язык не поворачивается. Поэтому уровень бедности пенсионеров в нашей стране носит явный географический характер. Пожилые квартирособственники Таллина могут легко реализовать один из трёх вариантов: сдать квартиру внаём и снять себе жильё подешевле (в Маарду, например); продать квартиру и купить жильё дешевле и, наконец, одинокий пенсионер, имеющий возможность жить с детьми, может сдавать квартиру внаём без всяких перемещений. Менее эффективны такие же варианты в Тарту и Пярну. И, к сожалению, никаких выгод не даёт владение жильём на Северо-Востоке. То есть, по-разному выглядит возможность монетизировать владение недвижимостью в разных городах. Потому информация, что наши пенсионеры самые бедные в Евросоюзе, верна для отдельных регионов, хотя размер пенсий у нас, правда, один из самых маленьких в ЕС.

Бедность в группе людей среднего возраста, понятное дело, в большой степени зависит от размера их нетто-зарплат. Они ровно у половины получателей в последние годы не сильно отличались от уровня относительной бедности. Например, в конце 2019 года медианная брутто-зарплата была около 1000 евро. Следовательно, 295 тысяч работников имели нетто-зарплату от 540 (минималка) до 900 евро. То есть, основная масса получала близко к 600–700 евро и, практически, находилась в зоне относительной бедности. Не по злой воле работодателей, а в результате складывающейся в постиндустриальной экономике структуры рынка труда.

Конец среднего класса

За постсоветское тридцатилетие в структуре экономики Эстонии промышленное производство снизилось вдвое, сельхозпроизводство (вместе с переработкой) в пять раз, но почти втрое вырос сектор услуг (включая инфотехнологии). В новой экономике исчезают синие и белые воротнички, не нужными становятся многие рабочие специальности требовавшие высокой квалификации; компьютеризация убирает необходимость специальных знаний у офисного планктона. По опубликованным данным, зарплата специалистов IT находится в зоне от 3000 до 4000 евро. А у работников сферы услуг, общепита, торговли — от 600 до 800 евро. Ежемесячная статистика зарплат по 19 отраслям показывает, что за июнь в Таллине высокая средняя зарплата — 2395 евро — была в отрасли IT и связи. Приличная — в образовании и в здравоохранении: около 2000 евро. А в реальном производстве средняя находилась в зоне от 1200 до 1500 евро. И, наконец, в самых массовых обслуживающих отраслях: в общепите — 595 евро, в оптовой и розничной торговле — 1206 евро. При том, что в „бедных“ отраслях получали зарплату почти 60 000 человек, а в самых высокооплачиваемых 26 892.

За тот же июнь в Нарве самая высокая средняя оказалась у бюджетников: чиновников, медиков, служащих системы образования (от 2041 до 1242 евро). Всего таких работников 3249. А в 12 отраслях средняя зарплата находилась в зоне от 394 в общепите до 858 евро у IT и связи.

Такое распределение доходов — мировой тренд. Социологи утверждают, что средний класс разделился на два слоя: высокооплачиваемый креативный (на основе знаний) и малооплачиваемый и малоквалифицированный слой обслуживающего персонала (вроде французских „жёлтых жилетов“). При такой структуре доходов понятны гендерные различия. Среди работающего населения (до 65 лет) в относительной бедности — 54 % женщин и 36 % мужчин.

Новая структура занятости обусловила две тенденции. Во-первых, развитие системы пожизненного образования и, во-вторых, поиск возможностей денежной поддержки малоквалифицированного слоя (зарплата гражданина, например). Большой интерес вызывает эстонский опыт развития общественных фондов потребления (бесплатный транспорт поднял доход бедных горожан почти на 7 %). На очереди муниципальные службы поддержки самообеспечения (у нас, скажем, операции с арендой квартир, о которых речь шла выше, могли бы идти под наблюдением городских социальных служб — сейчас многие пенсионеры боятся обмана и не используют своё право на доход).

Сейчас много прогнозов — каким станет мир после вирусной пандемии. Он должен стать безбедным. И не только по моральным соображениям, а из самых прагматичных: если потребительский спрос не вырастет, то зачем будет расти экономика? В условиях экономики знаний (и учитывая незавидные перспективы энергетики) бедность Северо-Востока можно преодолеть только быстрым ростом образовательного потенциала региона (иначе придётся дотировать там все города). Впрочем, как показала пандемия, такая задача стоит в целом перед страной. С одной стороны — нехватка врачей. С другой — на медицинские факультеты самый высокий конкурс. В Эстонии исчез ряд научных школ. Получается, если мы не хотим, чтобы волна бедности затопила наши города — надо ускорять экономику знаний на основе опережающего роста сектора образования. Таков вызов современности. Чем ответим?

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „МК-Эстония“ от 09.09.2020


Читать полностью...



Размещение объявлений о поиске работы (и о вакансиях)


Пишет «Кардис» 2020-09-16

«Кардис» Уважаемые коллеги!

К сожалению, нарастающая безработица начинает охватывать и бухгалтерские круги. А размещение объявлений о поиске работы (равно, как и объявлений о вакансиях) стоит денег.

Ни в коей мере не мешая это делать, мы решили помочь и работникам, и работодателям и предлагаем размещать на нашем сайте www.kardis.ee и те и другие объявления бесплатно.

Если хотите, присылайте нам свой текст с указанием: возраста, образования, опыта работы в качестве бухгалтера (финансиста) и возможно другие сведения, кажущиеся вам существенными. А также контактный телефон. Ваше объявление мы будем держать 2 недели. Если хотите, чтобы оно находилось у нас на сайте ещё 2 недели — сообщайте нам об этом и так каждые 2 недели.

То же касается объявлений о поисках бухгалтера (или работника в бухгалтерию). Эти объявления мы также будем держать 2 недели или продолжать по вашей просьбе. Текст мы опубликуем в вашей редакции с обязательными контактными данными.

Все такие публикации для вас бесплатны.

„Кардис“


Читать полностью...



Странный закон


Пишет Владимир Вайнгорт 2020-09-02

Нет ничего странного, что налогоплательщики стараются снизить налоговую нагрузку, применяя для этого различные схемы. Не странно также, что государственные службы стараются разгадать хитроумные варианты обхода налоговых законов. И, наконец, вполне понятно, что варианты налогового планирования изобретают неглупые специалисты, используя при этом возможности, открывшиеся в результате упрощения движения товаров и денег в рамках Евросоюза, при том, что налоговое право во всех 27 странах его образующих разное. Особенно, в части прямых налогов (главенствует среди которых обложение дохода юридических и физических лиц). Странно было бы не использовать такие возможности налоговой игры для снижения платежей. И ещё более странно, когда законодатели не понимают естественности и диалектичности этих отношений. А если, основываясь на своём непонимании, законодатели ещё и нормы устанавливают, то впору говорить не о странности, а — скажем мягко — некоторой их (законодателей) неадекватности. В этом смысле эталоном реального отношения к действительности является фраза из одного решения Верховного суда США, что „никто не обязан строить бизнес так, чтобы увеличить уплату налогов“.

Длинное вступление понадобилось для разговора об изменениях в Законе об обмене налоговой информацией, которые действуют у нас с начала нынешнего года, но первые шаги, предусмотренные этими изменениями, налогоплательщики обязаны будут совершить к 28 февраля 2021 года.

Изменения в законе объёмные: появилось там двенадцать новых статей, объединённых главой 2 прим 3 „Автоматический инфообмен в сфере трансграничных схем в Европейском союзе“.

Что под этим имеется в виду, разъяснено там же: „Трансграничная схема — это сделка или цепочка сделок <...> могущая повлиять на налогообложение“. А дальше в законе приводятся четыре условия, при наличии которых можно утверждать, что реализуется „трансграничная схема“, о которой необходимо будет отчитаться тем лицам, которых закон назвал уведомителями.

Это одно из самых странных нововведений. Уведомители — по норме статьи 20 прим 10 это: лица, оказавшие услугу по разработке, маркетингу, предоставлению или организации, или управлению внедрением схемы с обязанностью отчётности, или лицо предоставившее помощь либо совет при оказании такой услуги. Закон говорит также, что уведомителем не является лицо, которое не знало или не должно было знать о необходимости отчитаться (!). И дальше установлено 4 признака уведомителя.

Представить себе такого уведомителя в реальности у меня, например, не хватает фантазии. Кто может представить консультанта по уходу от налога, который (даже соответствуя всем 4 признакам), дав совет, тут же об этом настучит. Причём не просто стукнет, что запустил „схему“, а сделает это в соответствии со статьёй 20 прим 13 „Обязанности уведомителя“. К информации предъявляется 11 требований, часть из которых представляет собой непростые экономические расчёты. То есть, требуется не только добровольно прийти на повешенье, но ещё и со своей верёвкой. Закон установил и срок подачи стука: „в течение 30 календарных дней со дня, следующего за днём доступа к внедрению схемы с обязанностью отчётности“.

Но окончательно ситуация переходит в сферу абсурда, когда читаешь норму из той же статьи, что „уведомитель вправе не предоставлять информацию о схеме с обязанностью отчётности, если это будет обвинением самого себя“. А в следующей статье говорится, что уведомитель вправе не исполнять обязанность извещения, если исполнение означало бы нарушение обязанности хранения профессиональной тайны, следующей из закона, но при этом обязанность уведомителя переходит к другому „причастному лицу“ (то есть участнику схемы).

Ко всему этому абсурдистскому нормотворчеству прибавилось подробное разъяснение НТД, которое — будем справедливы — делает закон всё же реальнее (насколько это возможно). В разъяснении НТД интересно понятие „агрессивного налогового планирования“, подразумевающее схемы ухода от налогов, возникающие из-за несогласованности систем налогообложения в разных странах. Интересно оно, как подсказка тем, кто в это не вникал. Но самое интересное в разъяснении НТД — та его часть, где приводятся примеры схем ухода от налога. Получился вполне себе полный курс повышения квалификации налоговых жуликов. Правда, надо понимать, что цель этой откровенности — показать, какие схемы нашей налоговой службе хорошо известны. И ещё более интересен в этом обширном материале короткий раздел: какие наказания предусмотрены за неизвещение о схеме? Оказывается, возможен штраф юридическому лицу до 3300 евро (в первый раз 1300 евро и во второй 2000 евро) и физическому лицу до 1200 евро.

Из всех этих текстов становится понятно, что в действительности в наших условиях могут „попасть на деньги“ разве что фирмы бухгалтерского обслуживания, которые оформляют хозоперации, являющиеся составляющими трансграничных схем.

Извиняет наших законодателей, принявших этот странный закон только то, что его идея и обязанность принятия проистекают из директивы Совета Европы. А по самой этой директиве можно составить себе представление о степени отрыва создавших её чиновников от реалий экономической жизни. Вряд ли предусмотренные этим законом благоглупости смогут быть реализованы. Хотя к выявленным нарушениям (совсем иными путями) могут применять и требования изменений в законе, о которых идёт речь. А пояснения НТД рекомендую прочесть всем. Очень занимательное чтение.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 26.08.2020


Читать полностью...



Круг помощи бухгалтерам с разным опытом работы:

Журнал «Налоги и бухучёт» 24 номера в год. Подписчики имеют право Получать скидку 15 % при оплате семинаров по актуальным проблемам бух- и налогового учёта Получать скидку 50 % при оплате книг и приложений к журналу по отдельным вопросам Бесплатно участвовать в интерактивных консультациях по вторникам с 12:30 до 14:00 Получать скидку при оплате за переводы законов и инструкций СБУ Бесплатно получать телефонные консультации аудитора по четвергам с 10:00 до 12:00 Курсы для начинающих или имеющих перерывы в работе, а также курсы обучения бухгалтерскому учёту
OÜ Kardis является партнером по карте обучения Эстонской Кассы по безработице
Бухгалтерам, имевшим большой перерыв в работе, а также специалистам с небольшим опытом работы, предпринимателям, желающим разобраться в бухучете собственной фирмы, а также тем, кто хочет освоить профессию бухгалтера: пояснения программ, порядок действий, контактные данные
OÜ Kardis on Eesti Töötukassa koolituskaardi koostööpartner
Raamatupidaja täiendkoolitus: koolituste kava ja sisu ja metoodilised selgitused

Последние добавления в платную зону:

Журнал «Экспресс-консультация» № 1

Журнал «Экспресс-консультация» № 24

Журнал «Экспресс-консультация» № 23

Журнал «Экспресс-консультация» № 22

Закон о подоходном налоге
Квартирное товарищество: проблемы и решения
Подпишитесь на журнал „Налоги и бухгалтерский учёт. Экспресс-консультация“. Станьте подписчиком за 2 минуты!

Вы 3738936-й посетитель этого сайта

+372 645 2257, 645 2258, 645 9268, 641 8265
© 2011—2020, OÜ Kardis