Приглашаем коллег-бухгалтеров к участию в ближайших семинарах:
23.03
четверг
10:00—14:00 Семинар по НСО — уровень 6. Сложные случаи НСО при обороте в Эстонии
ведёт Елена Коростелёва
24.03
пятница
11:30—14:30 Годовой отчет за 2016 год в Нарве
ведёт Елена Коростелёва
28.03
вторник
11:30—16:30 Курс по налогу с оборота в Нарве — уровень 6
ведёт Елена Коростелёва
30.03
четверг
10:00—14:00 Семинар по НСО — уровень 6. Декларирование, отчетность
ведёт Елена Коростелёва
31.03
пятница
10:00—13:00 Годовой отчет за 2016 год
ведёт Елена Коростелёва
03.04
понедельник
10:00—13:30 Курс «Электронное государство»
ведёт Елена Коростелёва
13.04
четверг
10:00—13:30 Курс бухгалтерского учета 6-го уровня
ведёт Рита Иллисон
Хотите стать бухгалтером? Обращайтесь в „Кардис“! Бухгалтерские курсы по 80-часовой программе Курсы бухгалтеров
„Кардис“ проводит курсы начинающих бухгалтеров по вечерам, курсы повышения квалификации бухгалтеров — утренние и вечерние, отдельные семинары по бухучету и налогообложению.

Мы являемся официальным партнером Кассы по безработице. Мы постоянно аттестованы Министерством образования и науки, и наши слушатели гарантированно получают возврат подоходного налога (20 %) от стоимости обучения, при условии заполнения налоговой декларации (если они сами оплачивают обучение, а не учатся от кассы безработных или от своей фирмы).
Новости

Если болит голова на работе


Пишет Владимир Вайнгорт 2017-03-15

Не в переносном, а в самом, что ни на есть, прямом смысле: болит голова к концу рабочего дня. Или спина болит. Перечень можете продолжить. Понятно, в любом случае лечиться придётся. Лечение может не ограничиться краткосрочным пребыванием в больнице или приёмом лекарств, а долговременными занятиями со специалистами — массажистами, иглоукалывателями, например, или лечебной физкультурой, плаванием и т. п. А может быть придётся что-то менять в смысле условий труда. Если расходы на то и другое совершаются за счёт фирмы, то может возникнуть налогообложение, а может не возникнуть. Что надо сделать, чтобы реализовался второй вариант?

Для этого не обойтись каким-то разовым документом. Придётся реализовать алгоритм действий, вытекающий из Закона о гигиене и безопасности труда. Работа не сложная, но достаточно противная и потому во многих фирмах она не выполняется. Что надо делать — сказано в 13-й статье названного выше закона. Во-первых, проводить систематический контроль производственной среды и делать это ежегодно. Во-вторых, проводить анализ рисков производственной среды (который хранится 55 лет). В-третьих, на основе такого анализа составить письменную программу действий по снижению рисков. Все эти шаги совершаются при непосредственном участии врача-гигиениста, который также выдаёт рекомендации по лечению заболеваний вызванных условиями труда (или для предотвращения таких заболеваний).

Имея комплект таких бумаг легко скалькулировать расходы и на снижение рисков трудовой среды, и на назначенные врачом-гигиенистом процедуры. Сумма необлагаемых налогом расходов на основании калькуляции не ограничена. Это следует из нормы второй части тридцать второй статьи Закона о подоходном налоге, где сказано, что расход связан с предпринимательством, если он „вытекает из части один тринадцатой статьи Закона о гигиене и безопасности труда“. На основе рекомендаций основанных на анализе рисков трудовой среды можно также проводить медосмотр подверженных риску заболевания работников (в рабочее время и за счёт предприятия). За счёт предприятия может создаваться и аптечка (в которой не должно быть лекарств, а только разного рода средства для оказания первой медицинской помощи пострадавшему).

Беда нашего малого бизнеса не только в том, что в нём не исполняются требования в части охраны здоровья — а в отсутствии малейших представлений об этих требованиях. А уж кто такой врач-гигиенист не знает каждый второй из числа руководителей т. н. фирм-газелей. Недавно такой предприниматель спросил: можно ли за счёт фирмы купить аппарат для измерения давления? И очень удивился, узнав, что для конторы, где кроме него самого есть ещё несколько гипертоников, врач-гигиенист приобретение такого аппарата непременно включит в рекомендации по снижению рисков трудовой среды. Удивился он самому существованию специального врача и даже уточнил, ничего ли мы не перепутали и не о семейном ли докторе идёт речь.

По-хорошему любая мало-мальски серьёзная фирма должна быть в постоянном контакте с врачом — гигиенистом по трудовой среде (их список найти в интернете проще простого).

Освойте, уважаемые коллеги, эту не сложную управленческую механику и не будет у вас болеть голова ни в прямом, ни в переносном смысле — по поводу безналоговых расходов в связи с заботой о здоровье работников и своём тоже.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 08.03.2017


Читать полностью...



Есть о чём задуматься


Пишет Владимир Вайнгорт 2017-03-08

С начала следующего года из числа специальных льгот, облагаемых налогами, исключены некоторые расходы предприятий, связанные с поддержанием здоровья работников. Вообще-то, разговор о таком изменении в Законе о подоходном налоге начинался с освобождения от налогов расходов фирм, связанных с занятием спортом. В окончательной редакции слова о спорте остались, но эта тема оказалась не единственной.

Новая норма (часть 5 прим 5 статьи 48 Закона о подоходном налоге) даёт возможность работодателю без какого-либо налогообложения тратить по 100 евро в квартал (400 евро в год) на каждого работника для поддержания его здоровья. Под налоговую льготу в нынешней редакции нормы попало пять видов затрат. Три из них „спортивные“ и две чисто „медицинские“. Самая понятная — „спортивная“ касается оплаты участия в спортивных мероприятиях. В пределах 100 евро в квартал на каждого участвующего работника можно расходовать независимо от связи этого мероприятия с предпринимательством. Польза для здоровья от такого участия сомнительная, но не будем цепляться к отсутствию связи продекларированной в начале статьи „поддержки здоровья“ и массовых спортивных мероприятий. В конце концов, „дарёному коню“... и т. д. Второй вид расходов абсолютно отвечает принципу заботы о здоровье работников, так как в пределах тех же 100 евро на человека в квартал можно платить за аренду „места для занятия спортом“. То есть за аренду спортзала, спортплощадки и т. п. На первый взгляд понятен и такой пункт: „расходы на содержание существующих спортивных сооружений работодателя“. Но если подумать, то даже крупному предприятию с сотней работников за 10 000 евро в квартал спортзал, тем более, бассейн содержать не удастся. За такие деньги можно, разве что, в подвале или в отдельной комнате стол для настольного тенниса содержать, или небольшой зал, оборудованный для аэробики, например.

Самая понятная из новых норм: вывод из числа спецльгот страховых взносов по договорам медицинского страхования. Это реальная социальная поддержка, если — конечно — у нас разовьётся такой вид страхования и существенные страховые премии можно будет получить при взносе в 100 евро за квартал. Понятна и ещё одна норма: плата за некоторые медицинские услуги врачей — реабилитологов, физиотерапевтов, функциональных терапевтов, клинических логопедов и психологов. Правда, всё это великолепие имеет условие, сформулированное таким образом: если работодатель предоставил возможность получения оплаты перечисленных в новой норме спортивных и медицинских услуг всем работникам.

С арендой или содержанием помещений для занятия спортом, скорее всего, иначе и не получится. С оплатой участия в публичных спортивных мероприятиях, наоборот, интерес к ним, явно, не может быть поголовным. И легко себе представить, что правление фирмы может даже объявить, что оплатит участие в чём-то спортивном всем работникам, прекрасно сознавая, что кроме председателя правления никого другого такое участие не интересует. Но — если всем предлагалось — то плата за одного вполне соответствует духу и букве новой нормы.

Но совершенно неясно, как законодатель представлял себе реализацию права на оплату услуг, например, физиотерапевта? Или того же логопеда? Такого рода медицинская помощь явно не может быть массовой. В общем, „хотели как лучше, но получилось как всегда“ с налоговыми законами. Я спросил на прошлой неделе у одного из депутатов Рийгикогу активно продвигавшего „спортивную поправку“: если руководитель фирмы повесит объявление или даже под расписку сообщит всем работникам в коллективе (где он единственный играет в теннис), что есть возможность ежеквартально на 100 евро снимать место на корте и, убедившись, что кроме него других желающих нет — будет за себя любимого платить — он выполнит закон? Депутат стал приводить доводы „за“ и „против“, а закончил тем, что надо получить трактовку этого случая от налоговиков. Единственная надежда: сумма настолько невелика, что вряд ли в ходе налоговых проверок и ревизий из-за сотни в квартал, потраченной руководителем для себя, будут предъявлять претензии.

А с чего об этих новых нормах я решил говорить сейчас? Поскольку единственно серьёзный и касающийся многих работников расход связан с содержанием „спортивных сооружений работодателя“. Миниспортзалы, где можно в течение рабочего дня „разогнать кровь“ легко могут быть рекомендованы врачами-гигиенистами в их предписаниях, а в коллективе где хотя бы полсотни работников расход на содержание таких залов (включая постоянное дооборудование) в сумме около 20 000 евро в год позволит действительно поддерживать здоровье многим. При известном напряжении ума (для оформления бумаг) можно будет раз-другой в квартал наиболее активной части коллектива даже бассейн в спа посетить. Заметим, что суммировать лимит в 100 евро нельзя. То есть, тратить надо поквартально.

Опять же, сейчас самое время запросы в налоговую службу направлять, чтобы узнать о их трактовке пределов дозволенного. Хотя и не очень внятны новые нормы, но — в любом случае — лучше, чем ничего. С этим не поспоришь.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 01.03.2017


Читать полностью...



Проще — не лучше


Пишет Владимир Вайнгорт 2017-03-01

Рассмотрим налоговые последствия одного реального решения владельца небольшой фирмы по части использования для служебных дел его личного автомобиля. Он завёл у себя в фирме такой порядок: расходы предприятия на покупку бензина для совершения поездок на 1500 км по городу бухгалтерия считает расходом, связанным с предпринимательством, а если случайно получатся суммы оплаты карточкой фирмы выше такой расчётной величины, владелец автомобиля, он же единственный член правления, вносит соответствующую сумму в кассу фирмы. Какими соображениями для такого решения он руководствуется?

„Фирма занимается тем, что развозит группе швей-надомниц заказы и материалы, а потом забирает продукцию и сдаёт предприятию-заказчику, — рассказывает этот самый член правления. — В прошлом году в течение трёх месяцев вёл скрупулёзный учёт деловых поездок. Вышла почти одинаковая величина за каждый месяц: около 1500 км“. То есть, если применить установленный законом о подоходном налоге способ компенсации расходов в связи с использованием личного автомобиля в служебных целях (не выше 335 евро в месяц), только на бензине у члена правления — о котором идёт речь — примерно на треть расходы бы не компенсировались. Можно было, конечно, сдать автомобиль в аренду (или безвозмездное использование) собственной фирме и вести учёт поездок либо не вести его и платить налоги со специальной льготы размером в 256 евро. „Но, — полагает наш собеседник, — ежедневно записывать по пятнадцать, а иногда и больше поездок с их точным километражем — каторжная работа“ (что ему точно известно, поскольку в течение трёх месяцев он это делал). С другой стороны, не только на 256 евро расходов в связи с личными поездками, а даже на сотню евро таких поездок он не несёт. Потому и решил мотивировать использование автомобиля на основе статистики и компенсировать расход на топливо, а также 50 % расхода на покупку резины и даже осенней и весенней её „переобувки“. „Я исходил не из буквы, а из смысла закона, который говорит какие расходы должны считаться связанными с предпринимательством, — продолжает наш собеседник, — можно было бы ежемесячно повторять один и тот же посуточный учёт поездок, но не хочется выглядеть идиотом, хотя в целом за месяц оно так и есть — поездки почти те же самые“.

Логика „железная“, но она сразу же разбивается о железобетонные нормативные устои принятых у нас норм на этот счёт. В их основе — учёт поездок: ежедневный и по каждому отдельному маршруту. К тому же в фирме, о которой идёт речь, зачитывается полностью налог с оборота (поскольку её руководитель считает, что учитывается оплата топлива исключительно на деловые поездки).

Исходя из действующих норм в рассматриваемом нами случае есть только два варианта: выплачивать безналоговую компенсацию за использование автомобиля на основе учёта поездок, но не выше 335 евро в месяц, или исходить из того, что личный автомобиль сдан в безвозмездное использование фирмы и значит, в смысле налогообложения связанного с ним расходов, применять все нормы, установленные для налогообложения расходов на автомобиль фирмы (учёт поездок или спецльгота, а также 50 % зачёта НСО).

Конечно, если бы у фирмы, о которой мы говорим, возник спор с налоговым управляющим и если бы этот спор дошёл до Государственного суда — можно допустить, что Высокий суд внял бы логике предпринимателя. А может, занял формальную позицию. Прогнозировать трудно. Но судиться — врагу не пожелаешь. Потому остаётся действовать всё же в прокрустовом ложе законов. Которые, вроде бы, соблюдают формальную логику, но построены — на самом деле — на психологическом трюке: налоги возникают у тех, кому западло создавать раз в месяц фантазийные отчёты о поездках. Представить себе руководителя фирмы, после каждой поездки вписывающего кучу цифр в какую-то форму, невозможно. Абсурдность ситуации понимают все, причастные к принятию правовых норм лица. Но... увы...

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 22.02.2017


Читать полностью...



Регистрация на уровни „Бухгалтер 5“ и „Старший бухгалтер 6“


Пишет Елена Коростелёва 2017-02-27

Уважаемые коллеги!
Началась регистрация на экзамены на уровни „Бухгалтер 5“ и „Старший бухгалтер 6“.
Информация об экзаменах и регистрации: Registreerumine raamatupidaja kutseeksamitele on alanud! Kutseeksamid toimuvad 06. mai 2017.


Читать полностью...Комментариев:  24



Мелочь, но приятно


Пишет Владимир Вайнгорт 2017-02-22

Судя по интересу к теме возврата из бюджета переплаты подоходного налога при аренде квартир фирмами у физических лиц — ситуация эта распространённая. А судя по тому, кто чаще всего пытается в порядке возврата такого рода налоговых переплат разобраться — распространена онав сфере отношений малого бизнеса с его руководящим составом: членами правлений или ведущими менеджерами. Почему интерес этот вспыхнул именно сейчас — тоже понятно: во-первых, такой возврат за налоги, переплаченные в 2016 году, осуществляется нынче впервые (в связи с изменениями в Законе о подоходном налоге) и, во-вторых, для реализации новой нормы надо будет подать декларацию за 2016 год в срок от 15 февраля до 31 марта 2017 года. И, наконец, третье обстоятельство: если сделка найма (аренды) осуществлялась между физическими лицом — квартирособственником и юридическим лицом, то переплата подоходного налога имеет место быть непременно.

Почему сдача жилых помещений, принадлежащих руководству фирм, под конторы или в иных целях своим же фирмам столь популярна — понятно. Арендная плата (соответствующая рыночным условиям) абсолютно гарантированный доход владельца квартиры необлагаемый социальным налогом. И даже если у фирмы есть деньги на приобретение квартиры под контору, то бережливый и единственный собственник бизнеса, работающий в фирме, скорее всего, возьмёт у фирмы кредит (сейчас практически беспроцентный), купит квартиру в личную собственность, а затем сдаст её фирме, которая не только будет нести все расходы по эксплуатации помещения, но ещё ежемесячно без социального налога станет платить арендную плату (возможно по взаимозачёту направляемую в погашение кредита).

При этом (в соответствии с нормой седьмого пункта сорок первой статьи Закона о подоходном налоге) фирма удержит 20 % подоходного налога с арендной платы и перечислит их в бюджет. Но с 01.01.2016 вступила в действие новая, тридцать девятая прим статья того же закона, по которой от получаемой платы за найм физическое лицо — квартирособственник может в декларации о доходах вычесть 20 % в покрытие связанных с наймом расходов. То есть, в результате всех этих действий фирмы и физического лица — декларанта, у него окажется некоторая сумма налоговой переплаты, которую ему вернут. И возврат этот произойдёт тем быстрее, чем ближе к 15 февраля этого года владелец квартиры подаст декларацию.

Конечно, деньги окажутся небольшие, но лишними они точно не будут. Тем более, процедура декларирования сейчас совсем необременительна (поскольку декларацию уже составил налоговый администратор) и работа будет заключаться в заполнении пустой строки либо прямо в интернет-форме декларации, либо (для тех, кто с интернетом не дружит) в походе к консультанту налоговой службы, где и декларацию покажут, и дополнить её нужной записью помогут.

Любопытная ситуация сложилась с этой новой нормой. Значительно меньший интерес к её реализации проявляют те квартирособственники, которые сдают жильё в найм физическим лицам. Почему? Думаю, что в случае сдачи в найм фирмам хозяин квартиры уже „засветился“ в налоговом пространстве и ему хочется получить „хоть шерсти клок“. А кто сдавал по-чёрному, „светиться“ не спешит. Скидка налоговая уж очень несущественна для выхода из тени. Например, соседи-латыши почти уполовинили налог от доходов с таких сделок. Любой учебник налогового права об этом говорит: государство, желающее получать больше налогов с трудновыявляемых сделок, должно снижать по ним налоговые ставки. Сделали бы налог с платы за найм 10 % и уплата налогов от таких доходов выросла бы в разы. Но у нас всё пошло по пословице о дешёвой рыбке и поганой юшке.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 15.02.2017


Читать полностью...



За учёбу платим без налога?


Пишет Владимир Вайнгорт 2017-02-15

От одного из читателей пришло такое письмо: „В коммерческом товариществе работает студент университета по специальности инфотехнологии. Он разрабатывает для фирмы интернет-страницы и внедряет новые программы. И хотя учится бесплатно, иногда ему приходится платить за пересдачу предметов. Платит по счетам университета наша фирма (заинтересованная в его образовании). Нет ли здесь налогового риска? Какие необходимо оформлять документы? И сохраняются ли налоговые льготы, если предприятие платит за обучение связанного лица?“

Начнём с нормы Закона о подоходном налоге о льготе физическому лицу, оплачивающему собственное обучение или обучение любого постоянного жителя Эстонии в возрасте до 26 лет (независимо от связанности этих лиц). Расход на обучение можно вычесть из обложенного налогом дохода при подаче годовой декларации. Единственное ограничение — сумма всех льготных налоговых вычетов не должна превышать 1200 евро. Если других льготных расходов кроме учебных нет, значит можно снимать эти расходы в сумме 1200 евро за год. Сейчас, кстати сказать, самое время этим заняться, поскольку уже на носу крайний срок подачи деклараций со льготными вычетами за 2016 год.

Но вопрос-то задали не про этот случай. Чего вдруг разговор пошёл о личных льготах? Потому, что как раз в ситуации, о которой шла речь в вопросе, проще всего студенту, совмещающему учёбу и работу, самому свои учебные расходы вернуть. Если, конечно, он за пересдачи платит меньше 1200 евро в год и если за 2016 год он получил за работу в фирме не меньше 3240 евро (чтобы было откуда снимать 2040 евро необлагаемого минимума и 1200 евро учебных расходов). Заметим, что за нынешний год суммарный доход должен быть для реализации учебной льготы не менее 3360 евро (поскольку необлагаемый налогом минимум стал 2160 евро).

А если всё же за учёбу платит фирма? До 1 июля 2015 года это однозначно была специальная льгота, с которой надо было платить положенные для такого случая налоги. С середины позапрошлого года норма Закона о подоходном налоге изменилась и теперь 10-й пункт 4-й части 48-й статьи гласит: „Спецльгота — ... покрытие расходов на обучение по повышению образовательного уровня... за исключением покрытия расходов... непосредственно связанных с трудовыми и служебными отношениями и обязанностями члена правления юридического лица“. Случай, о котором шла речь в полученном нами вопросе, вроде бы, соответствует положению закона, исключающем специальную льготу. Но когда связались с автором вопроса и уточнили детали, то появились сомнения в однозначности ситуации. Парень, о котором идёт речь, учится не в Эстонии. Он, действительно, оказывает некоторые услуги фирме и получает неплохую плату, но делает это от случая к случаю. Оплата его учебных расходов, наверное, всё равно возможна, если у фирмы с ним заключено соглашение, о котором говорится в 34-й статье Закона о трудовом договоре (которая так и называется: „Соглашение о возмещении расходов на обучение“). Статья слишком длинна для цитирования, да и нужды в том нет, поскольку главное в ней — что работодатель и работник могут договориться о расходах на обучение при согласии учащегося работать у этого работодателя в течение оговорённого сторонами времени (срока привязанности к работодателю). По закону соглашение действует, если оно заключено в письменной форме и в нём указано содержание обучения, а также размер расходов. При всём том срок привязанности не должен превышать трёх лет. А если работник нарушил обязательство и увольняется раньше, то возмещает расходы работодателю пропорционально доле неотработанного срока привязанности. Наверное, со студентом не эстонского университета можно заключить трудовой договор, поскольку оформлять страницу в интернете и писать программы можно в любой точке земного шара, лишь бы имелся доступ к интернету. Но... всё-таки законодатель имел в виду нечто иное.

Правда, в Законе о подоходном налоге нет отсылки к Закону о трудовом договоре. Нет там и требования о совмещении работы и учёбы. И подготовка для фирмы работника под чётко обозначенные каким-то соглашением будущие функции вроде бы не противоречит духу новой нормы закона. Тем более, если соглашение предусматривает срок привязанности будущего работника к финансирующему его обучение будущему работодателю. Но это довольно свободная трактовка букв обоих законов. И если кто-либо желает такую сделку заключать, не мешало бы обратиться к налоговому администратору за предусмотренным Законом о налогообложении „обязывающем решением“. В налоговых делах как ни в каких других „бережёного бог бережёт“.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 08.02.2017


Читать полностью...



Сталкиваясь с медициной, экономика искрит


Пишет Владимир Вайнгорт 2017-02-15

Вряд ли ошибусь, если скажу, что главная тревога нынешней зимы — грипп. Как и в прошлом году в это время. И в позапрошлом. Хлюпаем носами, сипим, глотаем таблетки, пьём микстуры, надеясь, что разговоры о девяти погибших от гриппа — не про нас.

Причины зимних эпидемий

Специалисты в области санитарии полагают, что растущая массовость респираторных заболеваний происходит из-за увеличения контактов с носителями болезней в условиях современного города. Но почему им дома не сидится — этим носителям? Ответ совершенно неожиданно я обнаружил в далёкой от темы здравоохранения справке, направленной в Рийгикогу для пояснения предложений по внесению изменений в Закон о социальном налоге. Где поп, а где приход? И, тем не менее, из этой справки следует, что причина роста массовости зимних эпидемий последних лет экономическая.

Оказывается, аж в 2009 году резко увеличилось количество людей, которые ходили на работу и не брали больничный лист. Более того, известно даже число таких неоформленных дней болезни. Их оказалось на 40 % меньше, чем должно было быть исходя из статистики предыдущих (до 2009 года) лет. Что же случилось в 2009 году? Никакого взрыва корпоративного патриотизма тогда не произошло и резкого улучшения состояния здоровья населения не наблюдалось. Авторы записки честно объяснили: именно в 2009 году ввели порядок оплаты больничных листов, когда за первые три дня заболевшему работнику никто ничего не платит, а с четвёртого до восьмого дней болезни работодатель платит 70 % среднедневной зарплаты последних 6 месяцев (предшествовавших дню заболевания). И только с девятого дня наступает очередь платить Больничной кассе. А поскольку сезонные вирусные заболевания в большинстве случаев — как шутят врачи — проходят за неделю, если их лечить, и за семь дней, если не лечить, то получалось, что работникам, живущим „от зарплаты до зарплаты“ при уполовинивании недельного заработка приходилось выбирать: дохнуть от голода или не брать больничного листка и ходить на работу больными. Они, как правило, выбирали второй вариант, чихая не только на своё здоровье, но и на здоровье всех, кто находится в зоне распространения вирусов.

Нынче всё иначе

Справка, о которой идёт речь выше, подавалась в Рийгикогу вместе с предложением дать право работодателю оплачивать работнику 100%-ную среднюю зарплату со второго дня болезни по восьмой день включительно. А чтобы стимулировать такие выплаты, в Закон о социальном налоге внесли изменение, по которому работодатель освобождается от необходимости платить социальный налог (в размере 33 %) от выплаты за все семь дней болезни.

Итоги января покажут, насколько востребованной оказалась новая норма. Контакты с бухгалтерами показывают, что не очень. И совершенно зря. Новый порядок по крайней мере абсолютно решает проблему, связанную с выплатами в случае болезни членам правлений фирм. До конца прошлого года с этим делом всё было запутано до крайности. Некоторые члены правлений после проверки выплат по болезни „попали“ на серьёзные деньги. А теперь — пожалуйста: заболел член правления — платите ему за первую неделю как здоровому, экономя полностью сумму социального налога. То есть, по крайней мере, в случае простудных недельных заболеваний проблема выплат начальству решена с немалой экономией для фирмы (поскольку этим лицам всё равно платили полную зарплату).

По отношению к наёмным работникам не всё так просто. Если работодатель воспользуется новой нормой, то в сравнении с прежней (и, подчеркнём, продолжающей действовать сегодня обязательной выплатой) нагрузка по зарплате вырастет у него почти вдвое. При этом, конечно, он проявит чувство социальной ответственности и перед работником и перед обществом. Более того, защитит от болезни не только других работников, но и себя самого (исключив полностью контакт с разносчиком вирусов). И всё же, всё же, всё же...

Несколько слов о социальной ответственности

Готовя эту публикацию, я обсудил проблему с несколькими крупными работодателями. Один из них начал с того, что попросил исключить из разговора тему социальной ответственности бизнеса. Он полагает — её надо рассматривать вместе с социальной ответственностью государства. Поскольку 33 % от брутто-зарплат, которые платит бизнес, строго говоря, не налог — считает мой собеседник — а социальное страхование.

В том числе больничная страховка, включающая бесплатное лечение, скидки на лекарства и компенсацию потери заработка. Таким был социальный контракт между бизнесом и государством, когда вводилась высокая ставка социального страхования. Но с течением времени один из участников контракта — государство — стал его нарушать. Ввели плату за нахождение в больнице. Пусть небольшую, но, тем не менее. Удлинили очереди на попадание к специалисту, понуждая больных пользоваться услугами платной медицины. Сняли компенсацию потерь заработка за 3 дня, перебросив компенсацию ещё за 5 дней на работодателя. Теперь перебрасывают на него выплату за всю первую неделю болезни, давя на совесть. А само государство бессовестно нарушает правила игры. Говорят, 33 % социальной страховки (из которых Больничной кассе идёт 13 %) недостаточно. Несмотря на быстрый рост зарплат. Но причина в том, что государство поставило под налог с оборота плату за коммунальные расходы и энергообеспечение больниц, к тому же нагрузив электроэнергию и ГСМ для медицинского транспорта акцизами. Тем самым социальный налог поставили ещё под налоги. А профильный „социальный“ министр (судя по его выступлениям) все силы отдаёт борьбе с выпивкой (хотя нигде в мире эта пустая затея результата не давала).

Впрочем, это уже иная тема, очень раздражающая моих собеседников. Что касается платы за дни болезни, они полагают, что проявлять благородство будут „по мере возможности“. Хотя и считают поведение власти нечестным. Такие дела.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „МК-Эстония“ от 08.02.2017


Читать полностью...



Норма с таинственным смыслом


Пишет Владимир Вайнгорт 2017-02-08

Недавно один из читателей задал вопрос, ответить на который однозначно очень трудно. Речь шла об аренде площадей, счёт за которую выставляют с добавлением налога с оборота. Нас спрашивают: надо ли проверять — сообщил арендодатель Налогово-таможенному департаменту о том, что к цене аренды добавляет НСО? И могут ли быть неприятности у арендатора, если такого сообщения не было? На вторую часть вопроса ответить просто: неприятности будут, поскольку налог с оборота в счёте за аренду без извещения об этом налогового администратора является нарушением закона и следовательно зачёт уплаченного налога противоправен. Но если бы автор вопроса развил тему дальше и спросил: как узнать — соблюдён арендодателем закон или нет — он бы поставил нас в трудное положение.

Давайте прочтём, что по этому поводу сказано в Законе о налоге с оборота? В третьей части его шестнадцатой статьи есть норма: „Налогообязанный, письменно известивший до осуществления оборота в том же налоговом периоде или ранее об этом Налогово-таможенный департамент, добавляет налог с оборота к налогооблагаемой стоимости... при сдаче в наем, аренду или пользовладение недвижимого имущества или его части“. Дальше, в четвёртой части той же статьи сказано, что если извещение было, „такой оборот облагается налогом с первого периода налогообложения, как минимум, в течение двух лет“.

Парадоксальность ситуации в том, что у арендодателя — нарушителя нормы неприятности не возникнут. Задекларирует он налог, уплатит его и дело с концом. Его могут оштрафовать за нарушение закона, но примеров тому нет. А примеры, когда неприятности с зачётом уплаченного налога возникали — имеются. Конечно, можно потери через суд пытаться взыскать с виновной стороны, но кто станет этим заниматься? А, всё-таки, как узнать: было извещение — не было?

Специального регистра таких сделок на страницах налогового департамента нет. Говорят, если обратиться в налоговую службу с вопросом на этот счёт, то узнать можно. Так ли это — не знаю, но обязанности давать об этом информацию у налоговиков по существующим нормам нет. Можно перед заключением договора аренды (предусматривающим плату с НСО) потребовать у арендатора предъявить доказательства по поводу информации в налоговую службу. Ну, покажут вам письмо пятилетней давности. И что из этого будет следовать? Может быть три последних года площадь сдавалась в аренду без НСО (письмо-то обязательным было в течение двух лет). Всё это какая-то ненужная суета и самое главное — никто ни в какой государственной инстанции причастной к законодательству и его применению не может объяснить — зачем в законе эта норма?

То есть, решение: добавлять НСО к цене аренды или нет — принимает собственник имущества. Сообщение его об этом налоговому администратору носит уведомительный характер. Предположим, на каком-то повороте принятия закона было решено, что налоговая служба должна знать о случаях добавления НСО к арендной плате для аналитических целей, но она может это сделать без всяких специальных писем на основе данных деклараций. В чём смысл переписки, потребовавшей специальных двух частей в 16-й статье Закона о налоге с оборота? Где и что оборвётся в фискальной системе государства, если уведомительных писем от арендодателей к налоговому администратору не будет?

Конечно, может быть по скудоумию мы не способны постичь высокие государственные смыслы. Но по первому (а также второму и третьему) впечатлению всё это сильно похоже на действие ещё одного отнюдь не налогового закона, который носит имя его создателя — закона Паркинсона. И я бы сильно удивился, если это окажется не так.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 01.02.2017


Читать полностью...



Льгота или не льгота?


Пишет Владимир Вайнгорт 2017-02-01

Один из читателей прислал такой вопрос: „Наша фирма на несколько месяцев снимает квартиру в Таллине, чтобы в ней жил прибывающий из другой страны член правления. Является ли такой расход специальной льготой?“

Волноваться читателя заставляет норма из 48-й статьи Закона о подоходном налоге, где первым в перечне специальных льгот названо „полное или частичное покрытие расходов на жильё“. Остаётся только выяснить — касается эта норма нашего случая? Для этого предварительно необходимо ответить на несколько уточняющих вопросов. Первый и главный: иностранный член правления приехал в Таллин в качестве командированного или он будет более или менее постоянно находиться в Эстонии, исполняя здесь свою роль члена правления? Если член правления в соответствии со своими функциональными обязанностями постоянно находится где-то за рубежами Эстонии, а в Таллине бывает наездами (пускай и многомесячными) и только в командировках, то выбор места проживания делает сам командированный, исходя из своих предпочтений. Кому-то нравится жить в гостинице, кому-то в „гостинице квартирного типа“, а кто-то предпочитает ночевать у приятелей. И если речь идёт о командированном члене правления, то оплата его временного проживания в съёмной квартире никакого налогового риска не несёт. Если же член правления находится в Таллине более или менее постоянно и, наоборот, командировку оформляет при поездке в город, где живёт его семья, то оплата жилья в Таллине — специальная льгота. Но даже когда члену правления оформили командировку и оплатили проживание, необходимо убедиться, что при этом не нарушена логика установленной законом безналоговой выплаты.

Например, член правления у фирмы один. Других нет. В таком случае не очень понятно, как он руководит эстонским предприятием из „прекрасного далёка“, бывая в Таллине время от времени. Кстати, надо понять, от какого времени до какого длятся его наезды. Скажем, если он пробыл в командировке три месяца, затем съездил куда-то на пять-семь дней и снова приехал в командировку на несколько месяцев, то вполне обоснованными могут оказаться сомнения — не имеем ли мы дело с т. н. прикрытой сделкой. Или не является ли снятая для члена правления квартира местом его постоянного проживания так же как таллинский кабинет местом его постоянной деятельности. И, наконец, имеет смысл понять, что собой представляет снимаемая квартира? Это жилая площадь, которой больше подходит название апартаменты, или снимается на год четырёхкомнатная квартира, в которой, явно, живёт семья (что, в случае проверки, подтвердят соседи).

То есть, приведённая в вопросе читателя ситуация может быть отнесена либо к обеспечению проживания командированному работнику (пускай, и члену правления), либо к покрытию расходов на жильё — в зависимости от прозрачности и убедительности доказательств принятого для налогового учёта варианта.

Заметим, кстати, что если разговор идёт о командировке зарубежного члена правления, то суточные ему должны выплачиваться по нормам той страны, из которой он приехал (как и все прочие компенсации командировочных расходов). И если речь действительно идёт о командировке, то не имеют значения для налогообложения соображения вроде того, что квартира стоит дороже, чем одноместный номер в гостинице. Налоговые требования не распространяются на решения о стоимости места проживания командированного работника. У нас были установленные нормативным актом ограничения безналоговой суммы оплаты жилья для командированного, но уже несколько лет такие пределы сняты. И сколько за эту услугу платить решает только предприниматель. Если — подчеркнём — речь идёт о командировке.

Таким образом, вопрос о специальной льготе превратился в вопрос о командировке. На него и необходимо искать убедительный, непротиворечащий здравому смыслу ответ.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 25.01.2017


Читать полностью...



„Обратный“ железный налог вступил в силу


Пишет Владимир Вайнгорт 2017-01-25

„Обратное налогообложение“ сделок дело не новое. Для фирм с большими оборотами такая схема вполне удобна. Смысл её в том, что налогообязанные по НСО фирмы причитающийся по сделке между ними налог с оборота в реальности от покупателя к продавцу не перечисляют. Всё совершается только в декларациях: и учитывают и зачитывают. Фирмам удобно — не надо из оборота даже на короткое время деньги изымать. И налоговой системе удобно — по такого рода сделкам невозможно продавцу (реальному или фиктивному) получить налоговую сумму и тот же умыкнуть её, слиняв с рынка (или снять со счетов все деньги, вместе с налоговыми средствами, оставаться в регистре с „танкистами“ во главе). По схеме обратного налогообложения довольно много видов хозяйственных операций уже совершается: сделки с лесом, металлоломом, недвижимостью...

С 1 января нынешнего года обратное налогообложение становится обязательным ещё для 26 групп товаров по таможенному кодификатору. В каждой из групп — десятки, а то и сотни укрупнённых позиций и тысячи типосорторазмеров всего, что сделано из металла. От листового сортамента любых марок (таможенная группа 7208) до металлотканей, а также решёток, сеток, проволочных оград и т. п. (таможенная группа 7314). Такой широкий перечень товаров для обратного налогообложения пока применялся только к импорту. В реальном внутригосударственном товарообороте столь широкая номенклатура для обратного налогообложения оказалась впервые.

И, тем не менее, нет смысла говорить о технике дела. Она отработана и специалистам известна. Напомним только, что кроме декларирования покупателем и продавцом сделки в декларации по НСО надо не забыть заполнить там же соответствующие строки (7 и 7.1), чтобы объяснить содержание хозяйственной операции (и эти объяснения должны быть одинаковыми у обеих сторон сделки).

Нововведение в экономическом смысле удобно и выгодно серьёзному бизнесу. В первую очередь выиграют изготовители металлоконструкций, а также работающие с металлическими изделиями строительные и монтажные предприниматели. Проблемы возникнут только у бухгалтеров малых фирм и, особенно, у служб оформления продаж и учёта мелкого опта и розницы, обслуживающей производственный бизнес. Любая металлическая пластина или кусок металлопроката (уголка, проволоки, трубы) приобретённые „на фирму“ потребует от продавца оформления обратного налогообложения. При этом надо будет учесть, что кассовым чеком по металлической номенклатуре теперь не обойтись. В крупных торговых сетях сложности устранят путём изменения программ. А для мелкого опта, а также маленьких производителей металлоконструкций и металлоизделий придётся создавать специальные технологии ручного учёта.

Важно, чтобы и бухгалтеры и руководители предприятий связанных с использованием и переработкой металла не пропустили изменений статьи 41 прим Закона о налоге с оборота. А что касается принципиальной стороны дела, то возникает мысль: не стоит ли при таком бурном росте применения механизма обратного налогообложения рассмотреть вопрос о переходе к налогу с продаж? И ещё одна проблема требует внимания бизнес-сообщества: не очень ли легко стали наши законодатели грузить учётную систему предприятий дополнительными работами для упрощения налогового контроля? Всё-таки бизнес существует не для того, чтобы платить налоги и обеспечить простой контроль их уплаты. У него ещё кое-какие заботы есть.

Вообще, было бы неплохо ввести в практику принятия парламентом законов касающихся предпринимательства не только рассмотрение пояснительных записок инициаторов изменений законов, но и приложения к записке обязательной информации: с каким количеством предполагаемых исполнителей закона проведено обсуждение? И какую оценку дали закону представители крупного, среднего, малого, а также микробизнеса? Все эти люди не меньше заинтересованы в хороших законах, чем чиновники. И дело знают не хуже.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от  18.01.2017


Читать полностью...



Налоги по больничному листу


Пишет Владимир Вайнгорт 2017-01-18

До начала нынешнего года оплата работникам в случае болезни велась по такой сложной схеме: с первого до третьего дня заболевания никто ничего больному не платил; с четвёртого по восьмой день (включительно) на уровне 70 % от средней зарплаты без оплаты социального налога больной получал деньги от своего работодателя и, наконец, с девятого дня и до окончания действия больничного листа платила деньги Больничная касса (те же 70 % от средней зарплаты).

Результаты действия этой схемы финансовой поддержки больных работников печальны. В случае массовых простудных заболеваний (когда — как шутят врачи — если лечится, болезнь проходит за неделю, если не лечится — за семь дней) многие работу не прекращали и потому, бывало, еду в кафе, например, подавали хлюпающие носом официантки, впрочем, то же происходило в любом звене сферы обслуживания, которая в начале и в конце зимы превращались в сферу распространения респираторных заболеваний.

В пояснительной записке к изменению приведенных выше норм оплаты больничных листов сказано, что — на самом деле — число первых дней заболевания не оформлялось больничными листками почти на 40 % от предоставляемых больничных. Иначе говоря, экономия средств Больничной кассы и работодателей устроенная в 2009 году (когда ввели 3 неоплачиваемых дня) стала причиной массовых эпидемий.

Что произойдёт у нас в этой сфере начиная с 1 января 2017 года покажет практика. Но, по крайней мере, на уровне законодательства, схема оплаты по больничным листам радикально изменилась. Теперь со второго по восьмой день заболевания работодатель получил право выплачивать работнику без обложения социальным налогом стопроцентную среднюю зарплату (то есть, как раз за ту семидневку, когда приходится сидеть дома в случае простуды — лечись, не лечись). А дальше (если болезнь длится) 70 % от размера средней будет платить Больничная касса. Подчеркнём: новая схема даёт право работодателю так платить, но она не является обязательной. Где точно её будут применять (благодаря чему развяжется один из дурацких финансово-социальных узлов), так это при оплате заболеваний членов правлений. Теперь, по крайней мере, на первую неделю болезни проблема сохранения их денежного содержания решена. А уж как будут выходить из положения члены правлений при серьёзном долговременном заболевании — практика покажет.

Станут ли работодатели пользоваться правом сохранения заработка наёмным работникам — наверное, не всегда и не для всех. Но авторы изменения закона полагают, что работодатели в этом году отправят на домашнее лечение на 10 % больше работников, чем в прошлом, что даст 20 200 дополнительных больничных дней. А всего добавится, в связи с новыми правилами, 59 400 больничных человеко-дней.

Наряду с положительными результатами (больные будут болеть и лечиться дома, а не заражать здоровых) авторы изменений видят и нежелательный результат — люди будут чаще обращаться к семейным врачам, а отсутствие соцналога при оплате первых 7 дней болезни снизит поступление денег в Больничную кассу. Но надо полагать, вырастет производительность труда и размер доплат замещающим работникам. Хотя все эти прогнозы носят очень произвольный характер.

Важным обстоятельством при принятии работодателем решений об оплате будут размер зарплаты и функциональная заменимость работника. То есть, в каждом отдельном случае кроме технологических соображений, будет решаться финансовая задача с учётом освобождения недельной выплаты от тридцатитрёхпроцентного социального налога. По-видимому, обязанность работодателя пользоваться новой возможностью станет предметом обсуждения при составлении коллективных договоров. Да и при составлении трудового договора почему бы работнику не настаивать на применении к нему в случае болезни новой нормы? Глядишь, в результате пойдут на убыль зимние эпидемии.

Лишь бы только, вдохновившись принятым решением, законодатель не продлил тот же порядок ещё на недельку. Для ликвидации дефицита средств в Больничной кассе. Хотя и в нынешнем виде новая редакция пункта 3 статьи 3 Закона о социальном налоге ставит работодателей перед очень нелёгким решением.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от  11.01.2017


Читать полностью...



Колея


Пишет Владимир Вайнгорт 2017-01-18

Если кому-то из читателей случится побывать в Северной Италии — они непременно увидят древнеримские дороги с колеями такой глубины, что вывернуть из них не под силу никакому транспортному средству. По нынешним временам аналогичная ситуация образуется в социально-экономической жизни многих стран, где десятилетиями правят одни и те же политические силы. В тамошнем жизнеустройстве образуются колеи не меньшие, чем на древнеримских дорогах. И даже при смене правительств выбраться из накатанной колеи — оказывается очень непросто.

Решения в пользу бедных

Тихий правительственный переворот, случившийся у нас в ноябре, расценивается обществом как разворот новой правящей коалиции в сторону социального государства.

Действительно, принятые в авральном порядке декабрьские налоговые изменения нацелены на повышение доходов малообеспеченных слоёв и соответствующий рост внутреннего спроса. Хотя основные шаги в эту сторону будут реализованы в 2018 году, намеченный тренд, безусловно, даст о себе знать с начала нынешнего года.

Предстоящая добавка к доходу более, чем у сотни тысяч работников (или почти у четверти получателей зарплат) около 60 евро в месяц скажется на здоровье экономики. Чего нельзя будет сказать о здоровье населения: потому что денег на медицину катастрофически не хватает. Самое простое решение — поднять социальный налог — вряд ли возможно, поскольку уже нынешнее тридцатитрёхпроцентное обложение зарплат труднопереносимо предпринимательским сообществом, а попытка увеличить ставку соцналога может „сорвать крышку“ и без того кипящего налогового котла.

Но не решив проблем медицинского обслуживания — качество жизни, в широком смысле слова, не улучшить (даже при некотором росте потребления у бедняков). Без срочного улучшения системы здравоохранения довольно скоро кампания новой власти по поддержке малообеспеченных слоёв будет восприниматься „разговором в пользу бедных“ (в том употреблении выражения, которое любым словарём трактуется как фразеологизм, означающий лицемерное сочувствие или пустую болтовню, чего новой коалиции пожелать никак не хочется).

Податное сословие

Наша система медицинского обеспечения построена на принципе солидарности. Это означает, что потребление её услуг каждым отдельным человеком не зависит от размера его страхового взноса. Бедные получают больше медицинских услуг, чем за них платят, а богатые часто-густо — меньше, чем оплачивают. Однако — на самом деле — не все, имеющие высокие доходы, солидарны в финансировании Больничной кассы. Тридцать три процента соцналога отдают только получатели трудового дохода (дохода от зарплат), а получатели финансового дохода в солидарном содержании социальных систем не участвуют вообще.

Чтобы было понятно, о чём речь, рассмотрим несколько цифр. Сравним размер десяти самых высоких зарплат в стране и десяти самых высоких дивидендов. По недавно опубликованным данным, десять самых высоких среднемесячных зарплат за 2014 год составляли от 9891,81 евро до 6172,94 евро. Почти десятитысячная средняя была у фирмы с семью работниками, более шести тысяч — у такой же фирмы. А всего в первой десятке фирм по высокому размеру средних работало 122 человека, получавшие все вместе в 2014 году ежемесячно более 931 тысяч евро. То есть за год они получили 11 млн евро.

Самые высокие дивиденды, полученные в 2015 году, составляли от 4,31 миллионов евро (у первого в списке) до 2 317 234 евро (у десятого в списке). Всего дивидендов выплачено этой десятке почти 137 млн евро. То есть, десяток получателей дивидендов имели денег на порядок больше, чем работники десяти фирм с самыми высокими средними зарплатами.

Две группы этих хорошо обеспеченных людей относятся к разным сословиям. Получатели зарплат — к податному сословию (поскольку они платят все налоги). Получатели дивидендов — к финансовой аристократии (которая социального налога не платит).

Всего в податное сословие (получателей зарплат) по данным Налогово-таможенного департамента в 2015 году входило около 544 тысяч человек. А получателей дивидендов в 2015 году было 12 000, среди которых первые по размеру выплат 250 человек получили 186,4 млн евро.

При этом финансовые доходы не ограничивались дивидендами — там ещё есть получатели денег по банковским вкладам и другим т. н. „финансовым инструментам“.

Перемен хотим, перемен

Продолжим разговор о дивидендах. Относить их получателей только к финансовой аристократии неверно. Есть немало тех, кто получает ещё зарплату и в этом смысле входит также в податное сословие. При этом размеры финансовых доходов у этой группы сопоставимы с доходами трудовыми.

Самым простым было бы требование обложения всех видов доходов социальным налогом. Но это тот случай, о котором говорят: сложные проблемы имеют простые решения, которые почти всегда неправильны. Но и существующее у нас простое решение не включать получателей дивидендов в систему солидарного финансирования социальных систем — тот же неверный случай только с обратным знаком. Несколько лет назад налоговая служба предложила промежуточное решение, разделив дивиденды на доходы „пассивные“ и „активные“ (читай — доходы только от вложенных денег и от результатов труда по руководству бизнесом). Но Государственный суд идею не поддержал. И хотя проблема эта не из разряда задач о квадратуре круга, но, тем не менее, требует для решения политическую волю, поскольку колея в этом деле жёсткая и противодействие переходу на другой путь будет сильное. Потому, для начала, новому правительству необходимо предложить обществу дискуссию на этот счёт. Нет смысла излагать сейчас варианты решения с учётом существующего в странах Евросоюза опыта.

Важно подчеркнуть: рентабельность общественного труда в каждой стране — величина конечная. И если большая часть доходов минует систему социального страхования, то возникает сословное неравенство. В конце концов наше бизнес-сообщество состоит из разумных и креативных людей. Я абсолютно уверен, общественный консенсус по содержанию системы здравоохранения на уровне самых высоких европейских стандартов у нас возможен. Тем более, такая система станет одним из драйверов роста экономики в целом. Эстонская медицина вполне способна оказаться той самой „эстонской нокией“, которую наши власти уже с десяток лет безрезультатно ищут.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „МК-Эстония“ от  11.01.2017


Читать полностью...



Реализованный анекдот


Пишет Владимир Вайнгорт 2017-01-03

Есть шутка об американце, устраивающимся дворником в Microsoft. В отделе кадров ему говорят: „Вы нам подходите, оставьте свой электронный адрес — пришлём договор“. А когда выясняется, что у него не только электронного адреса, даже компьютера нет, происходит с работой полный облом, поскольку (по анекдоту) в Microsoft связываются с работниками только через интернет. Пытаясь заработать на компьютер, несостоявшийся дворник находит товар, на перепродаже которого за год получает столько, что покупает лавку, за два — сеть лавок и становится миллионером. К нему приходит страховой агент, они договариваются о страховании и агент просит электронный адрес, чтобы прислать договор. Миллионер со вздохом отвечает: „Ох, молодой человек! Имел бы я электронный адрес, был бы дворником в Microsoft“... Анекдот с бородой. Задолго до появления компьютеров героем его был миллионер Рабинович, не ставший счетоводом на „Красном треугольнике“.

Старую историю в новой редакции сделал реальностью эстонский парламент, принявший изменения в Закон о бухгалтерском учёте, по которым любая сделка с государственным и муниципальным учреждением или предприятием с 01.07.2017 должна отражаться в электронном счёте. Не вдаваясь в технологические детали, скажем только, что для её реализации придётся либо купить специальную программу, либо пользоваться услугой специального оператора (их пять) и за оформление ими одного счёта предполагается оплата от 0,25 до 0,55 евро. При этом имеется в виду, что у партнёра госкомпании работает программа бухгалтерского учёта и есть ИТ-оператор, который обеспечит её совмещение с программой формирования „э-счета“. Судя по имеющимся материалам, сделки с государственными, муниципальными и другими покупателями публичного сектора ведёт более 90 % имеющихся в стране фирм, а среди микропредприятий такие связи есть у 84 %. И у многих — какие там программы, какие ИТ-операторы...

Представьте: завхоз детсада купит в ларьке несколько упаковок батареек за десяток евро и рассчитается банковской карточкой — ларёк обязан создать и направить обслуживающей детсад бухгалтерии „э-счёт“. В реальности обычный чек там с трудом „создают“.

Для массы малых предприятий новое требование — тяжёлый удар. Заметим, что идея такой электронной революции пришла в виде директивы Евросоюза. Но, во-первых, вводить её не требовалось с 1 июля 2017 года, а, во-вторых, специалисты говорят, можно было ограничить реализацию „э-счетов“ объёмом сделок после какой-то величины. Чтобы минимизировать нагрузку на тот самый бизнес, для которого все эти электронные операции — „нож вострый“. Кстати сказать, госсектору тоже не всякому это в радость. Как ни удивительно, говорят, возопила канцелярия президента, которая — оказывается — имеет дела со многими мелкими ремесленниками (по крайней мере, по части сувениров). Так или не так с президентской конторой — утверждать не берусь, но сотням небольших поставщиков эта затея либо влетит в копеечку, либо заставит снизить объёмы продаж, либо перейти в тень (что, скорее всего, и произойдёт). Здесь самое время поговорить в принципе о сплошной „электронизации“, вводимой в последние годы теми же методами, которыми когда-то вводили в Российской империи картошку.

Далеко не все, кто способен обеспечить „самозанятость“ (то есть, что-то делать и продавать) с компьютерами на ты. Исключая их из „электронного государства“, это самое государство отказывается от предпринимательского потенциала пожилых, но вполне активных людей, абсолютно не умеющих оперировать с компьютерами. Совершенно незачем загонять их по-большевистски в электронный рай железной рукой. А чтобы люди не оказывались наяву героями старого анекдота, может быть всё же законодателям создавать калитки в электронном заборе для электронных неумех. Например, почему требуется сдавать годовые хозяйственные отчёты только в электронном виде, а на бумажных носителях непременно через нотариуса? Таких вопросов возникает много. Потому хочу обратиться к инициаторам электронизации: флаг вам в руки, господа хорошие, но при каждом таком нововведении оставьте возможность работать желающим не кнопки нажимать, а водить пёрышком по бумаге. Кстати, я точно знаю одного „миллионщика“, который не умеет пользоваться компьютером. И дворником в Microsoft его бы не взяли.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от  28.12.2016


Читать полностью...



Новогодний налоговый рубеж


Пишет Владимир Вайнгорт 2016-12-28

Тихая ноябрьская правительственная революция сопровождалась таким информационным шумом о налоговых договорённостях новой властной коалиции, что у некоторых практиков налогового учёта — бухгалтеров фирм голова пошла кругом и они активно пытаются выяснить, что из обещанных изменений станет нормами с начала 2017 года.

Потому сразу всех успокоим: никаких неожиданных перемен с нуля часов первого января 2017 года не произойдёт. Хотя кое-что меняется, но строго в соответствии с законами, принятыми „при старом трёхпартийном режиме“. Это касается, прежде всего, радикального нововведения по части поддержки малооплачиваемых налогоплательщиков — физических лиц. Если у кого-либо из них годовой доход за 2016 год окажется меньше 7817 евро, он сможет ходатайствовать о возврате части удержанного с него подоходного налога. Поскольку на сайте Налогово-таможенного департамента есть подробнейшая информация о технологии этого дела и условиях получения такой компенсации (там даже приведён калькулятор о размерах возврата в зависимости от величины дохода), заметим только, что речь идёт не о финансовой поддержке малоимущих, а некоторой обратной выплате уже взятого с их зарплат в течение 2016 года подоходного налога. Бюджет вернёт часть подоходного налога, который ежемесячно перечисляли работодатели с разницы между необлагаемым минимумом (170 евро в месяц) и фактической зарплатой работника (если за 2016 год она в сумме оказалась меньше 7817 евро). Последний срок подачи ходатайств о возврате — 31 марта 2017 года. Деньги перечислят на счета получателей в мае следующего года. Предприятий вся эта история не касается, но хорошо, если бухгалтеры помогут малооплачиваемым работникам разобраться с оформлением документов. Бизнес-среда в целом заинтересована, чтобы все, кому положено, денежки на излёте весны получили. Это даст некоторый толчок внутреннему спросу в самое глухое предлетнее время.

По принятым раньше нормам месячная минимальная зарплата 2017 года будет 470 евро, а необлагаемый налогом минимум — 180 евро. Чтобы упредить вопросы, заметим: та и другая цифра становятся обязательными при выплатах и налогообложении заработков в разные сроки на протяжении всего первого квартала. В декларации, которую подают фирмы к 10 января за выплаты в декабре ноябрьской зарплаты действуют цифры 2016 года. В декларации, которую будут подавать к 10 февраля по выплатам января (за декабрь), по минимальной зарплате действует цифра 2016 года, а по необлагаемому минимуму уже цифра 2017 года. И только в декларации, подаваемой к 10 марта следующего года (по выплатам февраля за январь), сработают обе установленные цифры 2017 года. Та же схема касается социального налога. Минимальная сумма, с которой его надо рассчитывать (чтобы работник был застрахован в Больничной кассе) в 2017 году становится 430 евро. Эта величина и есть реальный минимальный размер зарплаты в следующем году. Поскольку месячный минимум в 470 евро можно обойти за счёт оформления неполной занятости (что, к сожалению, не редко делается путём „выкручивания рук“ работникам). Но платить меньше 430 евро — означает лишить работника медицинского обслуживания, а это скандал, который может недёшево обойтись работодателю. Правда, как показывает практика, есть возможность всё же уплатить работнику меньше 430 евро, если социальный налог заплатить всё-таки с 430 евро. Но такое откровенное крохоборство работодатели проявляют всё-таки редко. Другие налоговые платежи с оплаты труда на 2017 год пока не менялись.

Заметим также, что при составлении физическими лицами деклараций за 2016 год те из них, кто сдавал жильё в аренду, могут воспользоваться новой льготой, установленной в Законе о подоходном налоге. Но об этом уже много чего было сказано.

А все изменения, о которых громко трубят СМИ (начиная с необлагаемого минимума в 500 евро), планируются вводить с 2018 года. Равно, как изменения в части налогов с легковых автомобилей и т. п. Во что они выльются — станет ясно после появления законопроектов и их обсуждения. Ранее 2018 года может быть уберут из разряда специальных льгот расходы на занятия спортом. Далеко не радикальное изменение, а в малом и среднем бизнесе оно может быть значимо только, разве что, для руководителей фирм. Все разрекламированные изменения косвенных налогов (НСО и акцизов) тоже пока ещё — предмет обсуждения. Реально действовать с 1 января 2017 года будут только ставки и принципы, которые уже прописаны в налоговых законах.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от  21.12.2016


Читать полностью...



Границы налоговой свободы


Пишет Владимир Вайнгорт 2016-12-21

Речь пойдёт о налоге с оборота при сдаче недвижимого имущества в аренду. Скажем, построила налогообязанная по НСО фирма пятиэтажный жилой дом. Квартиры решили продавать, а размещённый в цокольном этаже спортзал с душевыми — сдать в аренду. Бухгалтер фирмы сомневается: нет ли при такой аренде обязательности налога с оборота (поскольку это — первая сделка с новой недвижимостью). Сомнения напрасны. Собственник волен добавлять или не добавлять к арендной плате за нежилое помещение налог с оборота. У него, в этом смысле, другая забота: если в ходе строительства он зачитывал „входящий“ налог с оборота, то при безналоговой сдаче нежилой площади в аренду ему придётся целых десять лет зачтённый налог возвращать. А если собственник решит к арендной плате добавить НСО, то, во-первых, до заключения договора аренды он должен сообщить об этом налоговой службе и, во-вторых, как минимум, два года сдавать помещение в аренду только с налогом. Можно было, конечно, изначально налог не зачитывать пропорционально отношению площади спортзала к площади всего дома (спортивные общества, чаще всего, неналогообязаны по налогу с оборота). Но это то самое упрощение, которое „хуже воровства“, поскольку с финансовой точки зрения застройщик, фактически, зачтя налог, получил беспроцентный кредит от государства в размере 20 % от доли расходов на сооружение площади спортзала, который будет возвращать в течение 10 лет. Других налоговых проблем с нежилым помещением нет. Но они могут возникнуть с квартирными недвижимостями.

Предположим, в ходе строительства к собственнику обратилась фирма, которая хотела бы на 1-м этаже занять две квартиры под бюро. Покупать их она не желает, а готова арендовать. В случае согласия, потенциальный арендатор просит сразу приспосабливать квартиры под конторские помещения. Как в этом случае быть с НСО? До прошлого года налоговые консультанты и работники налогового департамента в таких случаях советовали исходить не из формы, а из существа сделки (как того требует закон о налогообложении). Но, примерно, год назад Минфин по этому поводу формализовал позицию: если сдаётся в найм квартира, то — по определению — налога с оборота быть не может. Мотивировался такой подход тем, что на практике обнаруживалась масса случаев (число их измерялось тысячами), когда договор составлялся на аренду жилых площадей под контору, а на поверку помещение использовалось под жильё. Даже, если кое-какие переделки для конторского использования вроде бы делались.

Конечно, можно доказать, что за квартирной дверью работает контора. Но проще и в налоговом смысле безопаснее переделать проект и узаконить вместо жилых офисные помещения. Тогда у собственника появится право выбора по добавлению или недобавлению налога с оборота к арендной плате, в том же порядке, о котором шла речь по отношению к спортзалу. С оставшимися квартирами всё просто: если они продаются — то обязательно с НСО (поскольку в новостройке это их первое использование); если сдаются в найм — то обязательно без налога. И если какие-то квартиры пойдут под сдачу, то, пропорционально доли их площадей от общей площади дома, зачтённый при строительстве НСО придётся возвращать в течение 10 лет. В обоих случаях нет иных вариантов. Но давайте ещё раз усложним задачу. Предположим, завершив стройку, собственник поймёт, что самое выгодное — полностью оборудовать квартиры и сдавать их в краткосрочный (посуточный) найм: как апартаменты. То есть, по экономической сути, превратить дом или часть его в мини-гостиницу.

В смысле налога с оборота это удачное решение. Услуга поселения у нас облагается всего лишь 9 % НСО (причём, планировавшийся прежней коалицией рост ставки на гостиничные услуги, вроде бы, реализовываться не будет). А зачёт входящего налога возможен полностью.

Заметим, на всякий случай, что если почему-либо после того, как квартиры сдавались в аренду, собственник решит их всё-таки продавать, то требования по части добавки НСО к цене продаже квартиры у него не будет (поскольку это уже не первое использование помещения).

В общем, при всех вариантах сделок с вновь построенной недвижимостью в финансовых расчётах необходимо учитывать налог с оборота. А поскольку такие сделки не самые высокодоходные, то влияние этого налога на финансовый результат существенно зависит от выбранной стратегии его применения.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от  14.12.2016


Читать полностью...



Круг помощи бухгалтерам с разным опытом работы:

Журнал «Налоги и бухучёт» 24 номера в год. Подписчики имеют право Получать скидку 15 % при оплате семинаров по актуальным проблемам бух- и налогового учёта Получать скидку 50 % при оплате книг и приложений к журналу по отдельным вопросам Бесплатно участвовать в интерактивных консультациях по вторникам с 12:30 до 14:00 Получать скидку при оплате за переводы законов и инструкций СБУ Бесплатно получать телефонные консультации аудитора по четвергам с 10:00 до 12:00 Курсы для начинающих или имеющих перерывы в работе, а также курсы обучения бухгалтерскому учёту
OÜ Kardis — партнёр Кассы по безработице
Бухгалтерам, имевшим большой перерыв в работе, а также специалистам с небольшим опытом работы, предпринимателям, желающим разобраться в бухучете собственной фирмы, а также тем, кто хочет освоить профессию бухгалтера: пояснения программ, порядок действий, контактные данные
OÜ Kardis on Töötukassa koostööpartner
Raamatupidaja täiendkoolitus: koolituste kava ja sisu ja metoodilised selgitused

Последние добавления в платную зону:

Журнал «Экспресс-консультация» № 5

Журнал «Экспресс-консультация» № 4

Закон о подоходном налоге

Постановления по применению ЗНСО

Форма KMD с инструкцией
Квартирное товарищество: проблемы и решения
Подпишитесь на журнал „Налоги и бухгалтерский учёт. Экспресс-консультация“. Станьте подписчиком за 2 минуты!

Вы 1916547-й посетитель этого сайта

+372 645 2257, 645 2258, 645 9268, 641 8265
© 2011—2017, OÜ Kardis